– Да, вот это, а вернее, эти – действительно исключительно привлекательны.

– Развлечетесь в другом месте, сэр! – прошипела она. – Вы ничуть не лучше того любвеобильного сеньора. – Она тотчас вздрогнула от упоминания о вчерашнем происшествии.

– Ты опять затронула эту тему, – проговорил Дрейк. – Сеньор по-прежнему мертв, да?

– Да, – резко ответила она, – и я еще раз повторяю, что развлекаться ты будешь в другом месте. – Она украдкой взглянула на Томаса и прошептала: – Почему ты вернулся? Зачем тебе этот дом? Я знаю, он дорог тебе как память, но ты богат. И мог бы купить замок, если бы захотел. Ты мужчина и волен оказаться там, где пожелаешь. – Внезапно она вся зарделась, нежный рот искривился от отчаяния. – А у меня есть только это. Неужели нельзя оставить меня в покое?

Он сглотнул подкативший к горлу комок и резко отвернулся. Надо же, как легко ей удалось его разжалобить. Не стоит забывать, что она хитра, и такой ее сделала решимость. Несколько минут Дрейк молча расхаживал по комнате, потом повернулся и склонился перед ней в глубоком поклоне.

– А вам не приходило в голову, мадам, что я вернулся вовсе не ради дома? Может, я вернулся чтобы претендовать на вас?

Печальное выражение ее лица тут же стало насмешливым.

– Да будет тебе! Ты все готов обратить в шутку.

– Не веришь? Я сейчас отошлю Томаса, и ты ощутишь всю силу моего желания. – Повернувшись, он бросил управляющему: – Иди, Томас. Ступай отсюда.

– Что, сэр? Да-да, конечно. – Томас закрыл книги и собрал их. – Сейчас я вас оставлю. Вот только одолею эту огромную комнату…

– Останься, Томас! Я приказываю тебе остаться! – распорядилась Розалинда.

Сделав несколько шаркающих шагов, старик повернулся.

– Ну что же, вы – хозяйка.

– Иди, Томас! – приказал Дрейк, повысив голос.

– Ладно, вы – хозяин, – уступил управляющий, снова поворачиваясь к выходу.

– Дрейк здесь не хозяин! – едва ли не закричала Розалинда и, выбежав на середину комнаты, приказала: – Останься!

– А, жалящая пчела покинула цветок и забралась в колючие заросли шиповника, – протянул следовавший за ней по пятам Дрейк.

– Никаких колючек, Дрейк. А вот твои колючки ограничиваются одной: она в твоих венецианских штанах, и ты можешь сломать ее с любой девчонкой у себя на пристани.

– Как же так, моя госпожа? Откуда такой настоятельный интерес к моим штанам?

– Меня настоятельно интересует только одно – этот дом. Я могу понять, почему ты появился здесь с этим измятым завещанием, вернее, явной подделкой. Ничего другого от столь корыстного человека, как ты, я и не ожидала. Но твой внезапный флирт? Я и не понимаю, и не принимаю его, сэр.

Дрейк упер руки в бока и передразнил ее:

– «Я и не понимаю, и не принимаю его, сэр». – Он презрительно поморщился. – Твое высокомерие и задранный нос теперь меня не спровоцируют, Роз. – На этот раз он выплюнул ее имя словно ругательство. – Сколько лет вы водили меня за нос, леди?

– Можешь идти, Томас, – бросила Розалинда через плечо и в недоумении уставилась на Дрейка. – Водила тебя за нос? А кто пришел в этот дом и украл любовь моего отца, словно воришка у собора Святого Павла? Ты так преуспел в этом гнусном деле, словно воровал всю свою жизнь.

– Я всегда буду для тебя лишь уличным бродягой? – взревел Дрейк.

– А я всегда буду для тебя всего лишь хрупкой малюткой, которой можно помыкать, словно куклой?

Дрейк мрачно засмеялся.