И Ошу узнал топор, которого не было острее в его деревне. А когда воин, заслонивший предводителя снял шлем, то узнал странник своего брата. Время не пощадило могучего древоруба, испещрив его лицо морщинами и забрав у волос прежние цвета, заменив их снежной сединой.

Приглядевшись, увидел странник среди воинства множество сильных мужей, с которыми раньше, плечом к плечу встречал черное воинство. Тысячи героев в тысячах городов, что сражались с Черным Императором, теперь стояли за его спиной.

— Отойди, Аху, — прокричал брату странник. — Черный Император должен ответить за содеянное.

— Нет, Ошу, — ответил ему брат. — Пока я служу Черному Императору, не коснется твоя стрела его сердца. Если ты хочешь убить его, то тебе потребуется две стрелы.

— Но почему? — закричал в отчаянии странник.

Но вместо ответа, сам Черный Император вышел вперед, отодвинув Аху. Посмотрел он в глаза Странника, отчего задрожали сами горы. Ошу же вгляделся в черные провалы глазниц, но так и не увидел в них ничего человеческого.

— Ты можешь убить меня, Вечный Странник, — произнес Черный Император. — И тогда все мое воинство, что тысячелетия собирал я по миру, тоже падет. Без моей воли, река времени спросит с каждого из них. И никто не переживет этого допроса.

Воодушевившись, отринув чувства, натянул странник тетиву, намереваясь исполнить месть и обрести наконец покой. Но Черный Император поднял руку, призывая охотящегося дать ему договорить. И спросил он Ошу:

— Если ты сейчас убьешь меня, Вечный Странник, погубишь ты мое черное воинство, то ответь. Кто тогда остановит их?

И указал он за спину Ошу. Обернувшись же, странник оцепенел.

Через горную гряду неслись полчища тварей столь ужасных, что даже в самых темных кошмарах не могут присниться. По камням бежали, скакали, ползли и летели полчища самых разнообразных чудищ, от одного вида которых можно было впасть в безумие.

И куда ни посмотри, все горы покрывало бесконечное шествие омерзительных созданий. Они неслись, не останавливаясь ни на секунду. И никого не было, чтобы остановить это шествие. Никого, кроме Черного Императора и его воинства.

Уставший Вечный Странник, живший тысячи лет лишь местью, обернулся к своему врагу. Стрела все еще лежала на тетиве. И понимал он, что солнце не примет никаких оправданий. Раз давший клятву не познает покоя, пока не свершится его месть несмотря ни на что.

— И это все? — спросил Маус.

— Именно этот вопрос я и задал полковнику Кастеру.

— А он?

— Что он? Сказал, мол да. Простенькая сказка без смысла и морали.

— Просто она как-то внезапно обрывается, Арч. Я понимаю, открытый финал и все такое. Но обычно в легендах такое не принято. А это тянет именно на какую-то легенду.

Я пожал плечами. Ну а что он от меня хотел услышать? Я за что купил, за то и вывалил. Мы с отрядом сейчас сидели в нашем оперативном штабе, где всем раздал копии этой истории для ознакомления.

— Ну что? — спросил я. — Хоть какие-то идеи? Кто-нибудь что-то подобное встречал раньше?

— Впервые вижу нечто такое в Роркхе, — ответил Вест.

Он хоть и не был в отряде, но это лишь формально. Так-то он давно для всех свой, да и мозги лишние в таком деле не помешают. Тем более такие, как у Веста. Но ни он, ни другие ничего дельного не сказали.

— Может фигня это все? — спросила Ана. — Ну, я в том смысле, что в Роркхе весьма проработанный лор и это может быть просто игровая пасхалка. Так, для котят с дневной стороны.

— Пасхалка для котят, которую достали у главы тайной Ложи? — произнес Маус со скепсисом в голосе.