|
Но и впоследствии ракетное оружие не стало массовым — и во время англоамериканской войны 1814 г., и при подавлении русскими венгерского мятежа в 1848-м, и в Крымскую войну оно оставалось третьестепенной экзотикой, не игравшей особой роли. А посему побасенки о средневековых китайских ракетах побасенками и останутся... Что до стенобитных и камнеметных орудий, с ними подчас связаны не менее головоломные загадки. Оставаясь в плену «классической» версии о монголо-татарском нашествии, известный русский фортификатор, профессор В.В. Яковлев в своем труде «История крепостей. Эволюция долговременной фортификации» (издан в 1931 г. для слушателей Военно-технической академии РККА) написал примечательные строки: «Со времени вторжения татар в Россию (1237 г.) осадное искусство получило большое развитие. Летописи, описывая осады, произведенные татарами, впервые упоминают об осадных машинах, называя их «порокы». С этого же времени начинаются в летописях указания на употребление этих машин и русскими (! — А.Б.) при атаке укрепленных городов. Машины эти назывались «сосудами на взятье града» (осада Люблина в 1245 г.)» [223]. После того, как мы, смею думать, доказали, что, вопервых, никакие «татары» на Русь не вторгались, а во-вторых, что никаких «заимствований» в Китае не могло быть сделано, можно со всей уверенностью несколько переделать вышеприведенные строки: «ПОСЛЕ 1237 Г. РУССКИЕ В ШИРОКОМ МАСШТАБЕ НАЧИНАЮТ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ОСАДНЫЕ МАШИНЫ ПРИ ВЗЯТИИ ГОРОДОВ». Так оно будет вернее... Со стенобитными машинами, или «пороками» связана одна из наиболее известных и фантастических побасенок, сочиненных русскими книжниками о «Батыевом нашествии». Речь идет о смелом витязе Евпатии Коловрате, который, напав на «злых татаровей», был уничтожен в чистом поле... с помощью стенобитных машин! «Повесть о разорении Рязани Батыем»* описывает это так: «И стал сечь силу татарскую, и многих тут знаменитых богатырей Батыевых побил, одних пополам рассекал, других до седла разрубал. И возбоялись татары, видя, какой Евпатии крепкий исполин. И навели на него множество пороков, и стали бить по нему из бесчисленных пороков, и едва убили его» [173]. * Как о ней пишут даже официальные источники — «известна только в позднейших списках, содержит ряд искажений фактов и хронологии». В. Ян в своем талантливом романе «Батый» описывает это не в пример образнее: «Он (Бату-хан — А.Б.) завыл, увидев, как третья сотня полегла от удара грозных урусов: — Я теряю лучших моих воинов! Теснившиеся около джихангира темники попятились... Бату-хан ударил себя по щекам и завизжал: — Субудай! Субудай! И бросил подскакавшему старому полководцу какое-то распоряжение. Забегали нукеры. Послышался тяжелый топот коней, странный скрип и шум. Прозвучали новые татарские выкрики, треск и грохот. Резкие удары в медные щиты** отозвали с холма татарских воинов... Евпатии, видя отступление татар, высоко поднял меч: ** Щиты, надо полагать, отлиты из меди на привалах, в походных мастерских? — Вперед! За... Но страшный удар в грудь прервал его могучий голос. Он упал, обливаясь кровью. С ужасной силой, сбивая все встречное, летели в теснившихся на холме русских воинов огромные камни. Это татары подтащили на полозьях китайские камнеметные машины. ...Битва подходила к концу. Между соснами на бугре еще стояла маленькая кучка людей. Это были последние оставшиеся в живых воины отряда Коловрата. |
