|
Сделал Фёдор Давыдович его первым секретарем крайкома ВЛКСМ. Но от комсомольского вожака до первого секретаря крайкома КПСС дистанция огромного размера. Волны доходили уже приглушенные. Так что сказать, что Михаил Сергеевич тогда что–то брал от Кулакова непосредственно, нельзя. Когда Горбачёв стал парторгом крайкома, больше приблизился к Федору Давыдовичу. Но парторг есть парторг. Если что и получал, так трепака. Конечно, это тоже наука, но весьма своеобразная. Вот когда Михаил Сергеевич выдвинулся в заворги, то тут его Кулаков мог насыщать, как губку. Но длилось это недолго, какой–то год»
«Мы расстались друзьями и сохранили близкие отношения все последующие годы», ― говорит Горбачёв. И все же не столько Кулакову, сколько Л. Н. Ефремову Горбачёв обязан своим дальнейшим продвижением в партийной иерархии. Л. Н. Ефремов был первым заместителем председателя бюро ЦК КПСС по РСФСР и слыл человеком, преданным Хрущеву. Он, естественно, не участвовал в отстранении своего патрона от власти и потому был отправлен в Ставрополь на освободившееся после отъезда в Москву Кулакова место. В декабре 1964 года Ефремова избрали первым секретарем Ставропольского крайкома КПСС. Вторым секретарем стал Н. В. Босенко, бывший первый секретарь промышленного крайкома. Горбачёва же избрали членом бюро краевого комитета партии и утвердили в должности заведующего отделом партийных органов. Началась совместная работа Горбачёва с Ефремовым, длившаяся шесть лет. «Первые два года работы с Ефремовым, ― вспоминает Горбачев,― стали периодом нашего взаимного узнавания, «притирки», и я бы даже сказал ― сближения. От своего предшественника Ефремов отличался широтой политического кругозора, эрудицией, общей образованностью и культурой. Личностью он был, несомненно, крупной и в то же время ― рафинированный продукт системы, яркий представитель аппаратной школы КПСС. В этом годы работы с ним были для меня поучительными» Горбачев работал с Ефремовым, по рассказу знающих ставропольцев, «душа в душу» Именно при Ефремове и с его помощью он поднялся так высоко, что мог дотянуться рукой до Старой площади в Москве. В сентябре 1966 года на пленуме Ставропольского горкома КПСС Горбачев был избран первым секретарем, т.е. достиг ступени, непосредственно предшествующей высшим должностям в краевом комитете партии. Ефремов, следовательно, подвел его вплотную к этим должностям. Правда, «чем–то особенным Ставропольский горком при Горбачёве не блистал. Шел в фарватере, который прокладывал крайком КПСС, на мель не садился, бакены не сшибал, шлепал постановлениями, как плицами, и двигался вперед» Горбачёв знал, что делал, когда следовал в «фарватере» крайкома. И вот уже летом 1968 года он занимает кресло второго секретаря Ставропольского крайкома КПСС. Горбачев изображает дело так, будто это новое повышение состоялось вразрез с его собственными планами и против желания Ефремова, уступившего настояниям из Москвы (Горбачёв М.С. Жизнь и реформы. Кн. 1. С. 112―113). «Свежо предание, да верится с трудом». Впрочем, есть другая, более правдоподобная, на наш взгляд, версия, согласно которой Ефремов посадил Горбачёва «рядом с собой ― вторым секретарем комитета КПСС. Уверяют, что для Михаила Сергеевича это было большой удачей. И не потому, что такая должность подвернулась, а потому, что попал в хорошие руки» От себя «приложим»: то была большая удача для Горбачёва и потому, что такая должность подвернулась. Но впереди его ожидала еще большая удача. Весной 1970 года Л. Н. Ефремова вернули в Москву на должность первого заместителя председателя Государственного Комитета Совета Министров СССР по науке и технике (ГКНТ). Неожиданно для многих местных «чинов» первым секретарем Ставропольского крайкома сделали Горбачева. |
