Полагаем, тут нечто большее, чем просто

«решение Брежнева и других членов Политбюро не прерывать отпуск».

Есть еще одна деталь, заслуживающая быть упомянутой,― это место, где проходила церемония прощания с Кулаковым. Прощались с ним в Краснознаменном зале Центрального дома Советской Армии (Правда. 1978, 19 июля), тогда как подобные церемонии, если умирал член Политбюро ЦК КПСС, проводили в Колонном зале Дома союзов. Именно в Колонном зале состоялось прощание с М. А. Сусловым (Правда. 1982, 29 янв.) и Д.Ф. Устиновым (Правда. 1984, 23 дек.), которые ненамного пережили Ф. Д. Кулакова. А вот смещенного с должности Председателя Совета Министров СССР и умершего вслед за тем А. Н. Косыгина, как и Ф. Д. Кулакова, поместили для прощания в Краснознаменный зал Центрального дома Советской Армии (Правда. 1980, 23 дек.). По–видимому, и Косыгин, и Кулаков уже отличались от остальных членов Политбюро тем, что их положение пошатнулось, и они перешли в состояние падения с кремлевского Олимпа (По свидетельству А. И. Лукьянова,

«отношения Косыгина с Брежневым и особенно с его ближайшим окружением были, мягко говоря, натянутые»

(Е. И. Чазов в своей книге воспоминаний приводит слова Андропова:

«Брежнев очень боится Косыгина, признанного народом, талантливого организатора»

На наш взгляд, смерть Кулакова ― скорее всего следствие борьбы в кремлевском руководстве за влияние и власть, в которой он, по всей видимости, проиграл. Возможно, уже тогда искали ему замену (Ср.: Горбачёв М. С. Жизнь и реформы. Кн. 1. С. 21).

Не случайно некоторые исследователи высказывают догадку о физическом его устранении. Все это, на наш взгляд, говорит о том, что Кулаков потерял расположение кремлевской верхушки в лице Брежнева, Косыгина и Суслова. А это означает невозможность прохождения Горбачёва наверх как человека, которого протежировал Кулаков. Поэтому необходимо было искать другого покровителя. И тут мы опять выходим на Андропова ― «ближайшего друга и доверенного» Брежнева (Черняев А. С. Моя жизнь и мое время. М., 1995. С. 317.

«Андропов был одним из самых преданных Брежневу членом Политбюро. Могу сказать твердо, что и Брежнев не просто хорошо относился к Андропову, но по–своему любил своего «Юру», как он обычно его называл»

И нет оснований обходить стороной признание самого Горбачева:

«Думаю, Андропов «приложил руку» к моему выдвижению, хотя мне не сделал и намека»

Выдвиженцем Андропова считает Горбачева Бурлацкий.― См.: Бурлацкий Ф. Глоток свободы. В 2–х кн. М., 1997. Кн. II. С. 10

Ю. В. Андропов не только продвигал Горбачева в Секретариат ЦК, но и прокладывал ему путь в генсеки. И эта версия нам, в отличие от Анат. А. Громыко, не кажется надуманной (Громыко Анатолий. Андрей Громыко. В лабиринтах Кремля… С. 88). Горбачёв, так сказать, вышел из Андропова. Поэтому, вероятно, он, как свидетельствует А. И. Лукьянов (Лукьянов А.И. Переворот мнимый и настоящий. С. 174), ревниво относился к деятельности своего патрона: уязвленный поистине геростратовым тщеславием Горбачёв не хотел делиться ни с кем сладостью славы «творца» «перестройки», раскачавшей и опрокинувшей величайшую в мире страну.

Глава шестая

«ПЕРЕСТРОЙКА»

В марте 1985 года М. С. Горбачёв был избран Генеральным секретарем ЦК КПСС и стал хозяином Кремля. Это роковое событие в жизни страны, лежащей ныне в руинах. Но тогда всем казалось, будто начинается долгожданное обновление и впереди, не далее как за «одним поворотом»,― процветание и благоденствие (очень странно, что подобные взгляды высказываются сейчас, когда вся пагубность избрания генсеком Горбачёва стала совершенно очевидной.