— Мир и здоровье этому дому. — поклонившись, произнесла она.

— Ты Мила жена Гостяты? — спросил Сарак, проигнорировав ее приветствие.

— Она самая.

— Что с ним случилось?

— Его обвинили в том, что он набег навел. Людей под разорение и рабство подставил. И отправил Боряту искать медведя, который, дескать, скотину повадился драть. Но совершенно в другом месте.

— У тех, кто обвинял его, имелись видаки?

— Нет. Просто обвинили и в круг вызвали. Борята это сделал. Он его и убил, вспоров живот копьем.

— Видишь, брат? Как я и говорил — совсем страх потеряли. — заметил Арак.

— Что это у тебя в руках?

— Дары, которые прислал мой зять — Беромир. — произнесла она и, медленно сделав пару шагов, опустилась на колени, начав извлекать подарки.

— Он прислал мне ножи? Он думает, что у меня нет ножей? Хочет меня оскорбить?

— Эти ножи из ниспосланной ему богом индийской стали. Лучшей в мире. Говорят, что она в торг идет на вес золотом.

— Топор из нее же? — намного более добродушно поинтересовался Сарак.

— Конечно. Мой зять прислал тебе все самое лучшее, что у него есть.

— А это что? В берестяном туеске.

— Сладкий песок. Его ему даровал Хозяин леса.

— Это еще кто такой? Почему я о нем не знаю? Он за промысел дань платит или чем он живет?

— Нет, не платит. И платить не будет. Потому что Хозяин леса — это бог, и зовут его иначе Велесом. Он служит только Перуну — брату своему и грозному небесному судье.

— И как понимать твои слова? — напрягся Сарак. — Что значит бог даровал?

— Так и понимать. Мой зять — великий ведун. Боги благоволят ему, разговаривают с ним, порой даруют что-то вроде железа этого дивного или сахара.

— Они настолько ему благоволят, что он возгордился и стал изготавливать оружие да готовиться к войне?

— Дело не в гордости, а в великой печали. Наши земли терзают набеги. Чаша терпения наших богов оказалась переполнена. Вот они и ниспослали нам подмогу и защиту.

— Ваши земли под рукой нашего господина. — прошипел Сарак с явным раздражением. — Разве он не карает тех, кто приходит к вам в набеги? Какой еще вам надобно защиты?

— Мы хотим, чтобы эти люди умирали не после, а до того, как ограбят и разорят наши поселения, а людей угонят в полон. И мы хотим, чтобы люди, угнанные в полон, возвращались домой, а не оказывались на невольничьих рынках.

— Не многое ли вы хотите⁈

— А разве не это обещал нам наш господин?

Сарак нервно дернул щекой.

В принципе здесь находились только верные ему люди. Которые все знали и понимали. Так что вряд ли они побегут доносить. Но сам факт того, что подобные вопросы вообще стали озвучиваться — пугал. Сильно пугал.

С него ведь спросят.

И не потому, что он причинил какие-то значимые неприятности своему господину. Нет. Просто есть масса желающих занять его место. И они охотно воспользуются любым поводом для того, чтобы Сарака потеснить. Много кому хотелось сидеть на сборе дани, приторговывая рабами втихую.

Еще немного поговорили, и Мила удалилась.

— Как быстро этот Беромир укрепляется? — спросил один из сподвижников Сарака у Арака.

— У него уже под рукой два десятка мужчин с копьями, щитами и топорами. И Беромир выковал первый шлем. Не знаю, сколько он времени и сил на это потратил, но не удивлюсь, если к весне все его ученики обретут их.

— Шлем, значит. Угу… — тихо произнес Сарак.

— Да. К весне ситуация будет плохой. Они живут бедно, но все говорит о том, что к концу лета они сумеют до сотни воинов собирать.