Королевская свита прибыла в Солсбери, и там состоялась церемония бракосочетания Изабель де Клер и Вильяма Маршала. Элинор даже расплакалась, но не оттого, что теряла подругу, а они успели сблизиться настолько, насколько это было возможно за столь короткое время. Элинор знала, что они будут видеться часто и встретятся уже через несколько недель, третьего сентября, на коронации Ричарда в Лондоне. Нет, она плакала оттого, что не смогла осуществить свои планы и ни на йоту не продвинулась ближе к достижению своей цели. Шли дни, король объявлял помолвку за помолвкой, и все шло к тому, что если Элинор выкажет предпочтение Саймону, его отстранят от опекунства.

Свадьба Джона и Изабель Глостерской состоялась в Марльборо. На этот раз Элинор не плакала. Она даже была довольна: молодожены – два сапога пара. Элинор даже позлорадствовала бы по этому поводу, если бы не власть, которой был наделен Джон, и которого Изабель могла настроить против нее. Джон же не преминул бы пустить эту власть в ход.

Тем не менее, она весело танцевала. Первым, как всегда, был Саймон, затем – сын графа Хантингтонского, затем молодой Валеран Лестерский, после чего она решила отдать дань приличиям и обещала танец Бигоду, а за ним – де Боуэну. После этого она вновь подошла к Саймону. На ее щеках играл румянец, в глазах плясали смешинки, она была такая оживленная, что что то затрепетало в груди у Саймона, и он ощутил странное чувство легкости и счастья.

Не успели они выполнить первые несколько фигур танца; как неизвестно откуда взявшийся паж потянул Саймона за рукав и сказал, что король хочет его видеть.

– Я пойду с тобой, – сказала Элинор, заметив поклонников, ожидающих своей очереди.– Я подожду где нибудь в укромном уголке, если король хочет поговорить с тобой наедине. В любом Случае я не останусь здесь одна, на растерзание этим стервятникам, которые, чего доброго, снова впутают меня в какой нибудь скандал. Только полюбуйся на них!

Саймон посмотрел туда, куда показывала Элинор. Да, если один партнер не уступит ее другому после танца – быть беде, а одного раза, когда Бигод и де Боуэн не поделили ее, было более чем достаточно. Конечно, можно было бы оставить Элинор под присмотром королевы, но ее не было в зале. Взгляд Саймона скользнул по танцующим и ожидающим. Он заметил, что многие влиятельные лорды тоже отсутствуют. Саймон нахмурился. Было ли это простым совпадением, или вызов короля означал что то более серьезное, чем приглашение к беседе? Если это так, королева велит Элинор уйти.

– Ну, ладно, будь, по твоему, пошли! – согласился Саймон.

Они уже вышли из круга, вызвав протесты танцующих, потому что участвовали в построении танцевальных фигур, которые могли не получиться без них. Но при упоминании пажем имени лорда Ричарда все замолчали. Теперь Саймон и Элинор могли спокойно следовать за пажем. Беспокойство Саймона возросло, когда они вышли из Парадной залы, прошли двор и вошли в дом лорда, где остановился король.

В малой зале они увидели королевскую семью в сборе, главных баронов и лордов из пограничных земель между Англией и Уэльсом. Все это было похоже на тайное собрание.

Чувствуя неловкость от того, что вторглась туда без приглашения, Элинор остановилась в дверях. Саймон же поспешил вперед и что то сказал королю, который засмеялся, затем – королеве, которая покачала головой, но обернулась и сделала Элинор знак рукой, чтобы та подошла к ней.

– Я прошу прощения, Сир, мадам, – начала было Элинор, приседая в реверансе, – но…

– Да, мы не можем постоянно устраивать шумные скандалы в танцевальной зале, – поддразнил ее лорд Ричард.

– Твое присутствие не помешает, – заметила королева, – даже наоборот, ведь набор в войско касается твоих вассалов так же, как и других, о чем они узнают завтра. Стань здесь, дитя.

И Элинор встала за спиной королевы.