— И свою речь! Зак уже разговаривает точно так же, как ты!

— Сукин сын! — воскликнул Монти в адрес младшего братишки.

— Именно это выражение я и имел в виду!

Монти при его словах покраснел.

— Я не указываю тебе, как говорить, когда ты находишься за пределами ранчо, но как только ты въезжаешь во двор, все меняется. Это касается и наших помощников, — добавил Джордж, обращаясь к выходящим из комнаты мужчинам.

Солти в знак согласия кивнул.

— Наверное, Роза слышала… — начал Монти.

— Возможно, но это не причина для того, чтобы она продолжала слушать! Разве ты бы хотел, чтобы ругались в присутствии твоей жены или любимой девушки?

— Мы будем следить за нашей речью, — пообещал Хен. — Мэм, мы вовсе не хотели проявлять неуважение к вам, — обратился он к Розе. — Просто Монти не всегда следит за тем, что говорит. Пошли спать, Монти, пока ты не сказал еще какую-нибудь глупость, — подтолкнул Хен своего брата, и оба, обмениваясь любезностями, вышли из кухни. Многие из них не смогли бы пополнить словарный запас джентльмена, поэтому они произносили их шепотом.

— Тебе тоже пора спать, — сказал Джордж Заку.

С Солти и новыми помощниками ушел и Тайлер.

— Можно, я лягу на твою кровать? — спросил Зак. — Ты обещал, помнишь?

— Я обещал подумать, — поправил его Джордж. Он заметил внимание Джеффа и собрался с духом. — Но ты можешь ее занять, ведь я не думаю, что на мою кровать еще кто-нибудь претендует.

— Ура! — закричал Зак. Он подпрыгнул и выскочил из комнаты, прежде обняв своего брата. Малышу не терпелось всем сообщить эту хорошую новость.

— А где ты собираешься спать? — в голосе Джеффа послышалась злость.

— Извините меня, но я пойду помогу Заку, — сказала Роза, — я боюсь, что он станет спать на голом матраце, даже не постелив чистую простыню.

Джордж облегченно вздохнул: ему бы не хотелось, чтобы она запомнила, что скажет Джефф по поводу их женитьбы!

— Я буду спать со своей женой, — ответил Джордж брату. — Согласись, что это достаточно уместно, даже если она и янки! — Джордж не понял, почему после его ответа Джефф уже не выглядел больше таким ожесточенным: он думал, что, услышав об их женитьбе с Розой, он так взовьется от злости, что пробьет головой крышу и вылетит на улицу!

— Не думаю, что ты будешь счастлив на чердаке…

Теперь Джордж понял.

— Мы с Розой будем спать в спальне, — он кивнул на дверь, завешенную одеждой. Джефф побледнел.

— Это комната мамы! — закричал он, и его лицо от ярости стало багровым. — Ты хочешь сказать, что позволишь этой…

Тут Джордж прервал своего брата.

— Прежде чем ты скажешь все, что хочешь, помни о двух вещах: во-первых, Роза — моя жена, и я никогда не забуду и не прощу, если ты плохо о ней скажешь; во-вторых, тебе лучше сказать все это сейчас: если ты повторишь свои слова Розе, я вытрясу из тебя душу!

— Я не верю, что это говоришь ты! — воскликнул Джефф. — Мой родной брат! Ты так помешался на женщинах, что вынужден был жениться! Ты мог бы найти себе невесту в любом городе Техаса: они всегда готовы броситься к твоим ногам!

— Нет, я не помешан на женщинах, Джефф. У меня такие же потребности, как у любого другого мужчины, но мои желания мной не управляют!

— Тобой не управляет твоя голова, это уж точно. Если это не желудок и не то, что ниже, тогда что?

— То, что тебе незнакомо из-за твоей злобы, — сказал Джордж.