– Миссис Уинтерз прекрасно одевается и прекрасно говорит, но в ней есть нечто такое, что…

– Да?

– …что меня тревожит.

Элизабет взяла с туалетного столика маленькую лиловую книжечку, вырвала листок напудренной папиросной бумаги и быстро припудрила лицо.

– Потому, что она – замужняя леди?

Колетт Дюве театрально взмахнула руками:

– Потому, что она вовсе не леди!

– Не леди?

– Не леди.

– Как ты можешь это определить?

– Интуиция.

Колетт явно не хотелось отвечать подробнее.

Элизабет последний раз мельком посмотрела на свое отражение в зеркале и встала.

– Но ты, конечно же, ошибаешься.

– Вполне возможно. – Колетт ловко поменяла тему разговора. – Зеленое платье – превосходный выбор. Оно вам очень идет.

– Спасибо, Колетт.

– Мы готовы завтракать, миледи?

Элизабет дружелюбно улыбнулась и воскликнула:

– Еще как готовы!

И хотя благовоспитанным девицам не положено признаваться в том, что они голодны, Элизабет, забыв об этом, объявила:

– Я просто умираю с голоду!

– Одни только груды мусора, – ворчал полковник Уинтерз, когда после завтрака все оказались наконец в Музее древностей Египта. – Напоминает мне чердак в особняке моей бабушки.

– Право, дорогой, давай не будем об этом, – попросила его миссис Уинтерз, быстро входя в грязное помещение и оглядываясь. Тут было множество изъеденной жучками мебели, груды глиняных черепков, связки древних копий, деревянные разваливающиеся ящики, безголовые статуи и распадающиеся мумии.

– Увы, я ожидала совсем не этого, – невольно произнесла миссис Уинтерз.

– И я тоже, – призналась Элизабет, испытывая ужасное разочарование.

Джонатан Уик вошел в открытую дверь, наклоняя голову, чтобы не стукнуться о притолоку, и объявил, ни к кому в отдельности не обращаясь:

– Видимо, мы где-то повернули не туда. Это хранилище.

Элизабет мгновенно ободрилась:

– Ну конечно! Тогда все понятно.

– Одни только груды мусора, – повторил Хилберт Матиас Уинтерз, пока все возвращались к тому месту, где они оставили свой экипаж.

В этот момент рядом с их экипажем остановился еще один, и из него вышли два джентльмена. Оба сняли шляпы, а тот, что был одет более элегантно, подошел к ним.

– Дорогая миссис Уинтерз! Полковник Уинтерз! Мы снова встретились – да так скоро и неожиданно!

– Граф Полонски, как приятно вас видеть! – Амелия Уинтерз вдруг стала очаровательно кокетливой.

Джентльмен склонился к ее ручке. Казалось, женщину немного смутила эта демонстрация «неанглийской» любезности, так что прошло несколько мгновений, прежде чем она вспомнила о правилах поведения.

– Извините. Могу я представить нашу подопечную, леди Элизабет Гест, и еще одного участника нашей экспедиции, лорда Джонатана Уика?

– Андре Полонски к вашим услугам, миледи, – пробормотал он, отвешивая Элизабет быстрый поклон.

– Граф Андре Полонски, – уточнила миссис Уинтерз.

Джентльмен пожал плечами, и на его красивом лице появилась скромная улыбка.

– Это не имеет значения. Все, у кого в моей стране были титулы и поместья, стали изгнанниками – или во время революции, или сразу после нее. – С этими словами он повернулся и пожал руку Джеку так, словно они были неплохо знакомы. – Уик.

Джек кивнул и без всякого выражения откликнулся:

– Полонски.