Изабелла с любопытством посмотрела на него.

– Не знаю, сэр. А почему вы спрашиваете? В последнее время я выезжаю одна. Есть какие-то причины, чтобы сейчас не ехать?

– Да, есть, миледи, – к ее удивлению, ответил старик. – Вы уже не ребенок, миледи, а молодая и красивая девушка, достаточно взрослая, чтобы жениться на вас или… просто уложить в постель, – напрямик сказал старик. – А вы, миледи, к тому же, настоящее сокровище для мужчин. И хотя вы являетесь подданной короля, непосредственного опекуна у вас сейчас нет, миледи, а времена сейчас тяжелые. Когда жизнь трудна, она творит странные вещи с людьми, даже с лучшими из них. На вашем пути могут встретиться грубые лорды или рыцари, которые воспользуются вашей невинностью, миледи, и, хотя вы особа знатного рода, заставят таким образом выйти замуж, чтобы завладеть вашим приданым.

Изабелла вспомнила о лорде Оадби и ужаснулась. Он хотел ее, однако, не в качестве своей жены.

– Но… но, конечно, король не одобрит такой брак, сэр.

– Возможно, нет, миледи, но тогда он может позволить нежеланному для вас мужчине жениться без вашего на то согласия. В любом случае, для вас это будет не очень приятный выход, миледи.

– Я… я передумала, сэр. Наверное, не следует ехать одной.

Он согласно кивнул.

– Так-то лучше, миледи.

С этого дня, куда бы Изабелла ни собралась выезжать за ворота замка – проверить, как идут дела в имении или навестить больных арендаторов – ее сопровождал эскорт не менее чем из двадцати пяти хорошо вооруженных рыцарей. Кроме того, крестьяне, работавшие на полях, зорко следили за владениями. Если бы и появился такой мужчина, пожелавший поймать леди Изабеллу, чтобы взять ее силой, то он бы скоро понял, что это чрезвычайно трудно осуществить.

В то же время девушке не хватало свободы, чтобы мчаться галопом по вересковым пустошам и лесам. Она думала о том, как поживают без нее создания природы, и была тронута до глубины души, когда крестьяне стали приносить в замок для лечения раненых животных, которых они находили. Вначале это была охотничья собака одного из рыцарей, потом лиса с пушистым рыжим хвостом, которую браконьер пытался поймать в ловушку, молодой олень, раненный стрелой. Если бы им не хотелось поднять настроение Изабелле, они бы спокойно сварили из последних двух суп. Девушка знала об этом и заметила, что ни один из приносивших ей раненых животных не уходил без награды, таким образом, заслуживая любовь и доверие даже самых осмотрительных обитателей Рашдена.

– Вы выбрали, миледи? – осведомилась Алиса, выводя ее из состояния задумчивости.

Изабелла посмотрела на разложенные перед ней платья, на которые она до этого не обратила бы внимания.

– Да, Алиса. Я надену вот это, – и указала на самое некрасивое из трех платьев.

– Но… но, миледи, – решительно возразила няня, – в этом платье вы как-то бледно выглядите… бесцветно, я бы сказала, миледи. Вы знаете, что новый опекун может приехать в любой день, возможно, даже сегодня. Вам, я думаю, захочется выигрышно выглядеть в его глазах…

С сожалением, ибо Изабелла любила красивые вещи, но мало их имела при жизни опекуна, она покачала головой.

– Нет, я хочу, чтобы ни один мужчина, за исключением двоих, не смотрел на меня с восхищением, Алиса, но их здесь нет, и, похоже, не очень скоро появятся, пока Глостер еще раз не даст им отпуск. Новый опекун может честно вести себя со мной и с братом либо нечестно. Я не сделаю ничего, чтобы заинтересовать его, пока не определю, что он за человек. Если у него нет дурных намерений по отношению к нам, мы будем жить спокойно. В противном случае он вскоре ощутит холод стали между ребер!

– Ах, миледи!

Алиса пришла в ужас.