– Потрясающе!

Рорк рассмеялся и хлопнул меня по спине:

– Рассуждения о свободе воли – отличный способ скоротать долгий путь. Ладно, так что она тебе сказала?

– Она хотела знать, кто я такой и зачем лезу в ее видения. Ей привиделось, как я сражаюсь в Хаосе! – я пожал плечами. – Похоже, что она видела моего отца, но ей такое предположение не понравилось. Она оскорбилась и покинула меня.

– Талант-самородок, что с нее возьмешь! Они не властны над своим даром. Ясновидящим приходится особенно трудно, они ведь не могут отличить явь от видений! Она, может, думает, что и встреча с тобой ей привиделась, – Рорк ухмыльнулся:

– А ведь, пожалуй, приятно присниться такой барышне!

– Она не в моем вкусе, – холодно заметил я.

– Ты же вырос в деревне в обществе деда и двух братьев! Откуда у тебя возьмется вкус?

Я начал было объяснять, сколько раз танцевал с девушками на вечеринках, но вовремя осекся:

– Тут ты меня поймал!

– Должен же я отыграться за свои проигрыши в шахматы, – подмигнул Рорк.

В последний день, когда караван проходил по заснеженной равнине, я напомнил Рорку:

– В тот день, когда мы повстречались, ты говорил, что знаешь историю моего отца.

Тощее тело Рорка покачивалось в такт движению лошади:

– Верно, говорил.

– Как погиб мой отец?

– Я точно не знаю, что случилось с твоим отцом, – Рорк выдохнул фонтан пара. – Я слышал, что он отправился в рейд в Хаос и не вернулся назад, но слышал и другой рассказ, что он похоронен в Быстринах рядом с твоей матерью. В легендах о Хаосе невозможно отличить правду от вымысла.

Я почувствовал, что у меня пересохло во рту, и выговорил:

– Мой отец был хорошим рейдером?

Рорк спокойно улыбнулся в ответ:

– Вот это точно! Другие рейдеры сражались с ха'демонами, полагаясь только на силу, а твой отец умел перехитрить их. Он, как мне говорили, считал борьбу с Хаосом чем-то вроде большой шахматной партии. Он нанес на карту многие участки, где время течет иначе, вычислил разницу в скорости и искусно пользовался этой картой, добиваясь преимущества в сражении.

У меня полегчало на душе:

– А как он вычислил разницу в течении времени?

Рейдер сгорбил спину и передернул плечами, чтобы расслабиться.

– Кардье был голова, вот что я тебе скажу. Он взял две двенадцатифутовые планки и зажал между ними на концах песочные часы. На границе участка он вводил один конец с часами внутрь и переворачивал всю конструкцию. По разности в скорости часов на разных концах он и определял разницу.

– Умно, – восхитился я. – И можно было бы использовать быстрые участки для излечения легко раненных, а медленные, чтобы обезопасить свои фланги.

– Сынок весь в отца! – Рорк подмигнул мне правым глазом. – Он и делал что-то в этом роде. Когда один из его людей был смертельно ранен, он поместил его в очень медленную зону. А сам послал всадников в Порт-Хаос за магом-целителем.

– Но что с ним случилось, ты не знаешь? То есть с моим отцом.

Рорк покачал головой:

– Не знаю. Кардье и вождь Черных Теней Катвир давно враждовали. Катвир даже выковал меч с изображением твоего отца на клинке.