— Ну да, мой муж Ричард и я, — еле слышно произнесла она.

— Так вы замужем? — смутился Стивен. — А что подумает ваш муж, когда вы приведете меня в дом? Или вы скажете, что из жалости подобрали под мостом бродягу?

Эмили улыбнулась — ведь она познакомилась с Ричардом на улице. У него тогда дела были плохи: разругался с родителями, потерял работу... Он стоял под деревом в проливной дождь, такой несчастный... Она привела его в больницу. Оказалось, он подхватил воспаление легких. Господи, как давно это было! Словно в другой жизни...

— Не беспокойтесь. Я живу одна.

— В разводе?

Эмили вспыхнула, но, взглянув ему в лицо, не прочла в нем ничего обидного и, усилием воли успокоив себя, ответила:

— Нет, вдова. Ричард погиб. Почти три года назад.

— Извините за бестактные вопросы, — не сразу отозвался Стивен. - Мне очень жаль.

Эмили передернула плечами и, стараясь не выдавать волнения, пробормотала:

— Все в порядке. Ну вот мы и приехали.

Фары осветили знакомые деревья, увитую плющом арку над калиткой, гравиевую дорожку. Стивен вышел и, обойдя машину, распахнул Эмили дверцу. Он стоял, держа в одной руке пакеты с покупками и возвышаясь над ее малолитражкой как скала. Эмили вышла из машины и увидела, что она меньше его на целую голову, а ведь она и сама не Дюймовочка.

— Теперь понятно, почему вы выбрали себе столь миниатюрный автомобиль, — с улыбкой заметил он, глядя на нее сверху вниз. — И где вы только такой откопали? Может, сделали на заказ?

— Угадали. Причем за безумные деньги, — подыграла ему Эмили. — Милости прошу! — Она жестом пригласила его следовать за собой и пошла к крыльцу.

Деревянные ступени прогибались под его тяжестью. Эмили впустила гостя в дом и зажгла свет. Старинная лампа на окне мягко осветила обстановку, свидетельствующую о хорошем вкусе хозяйки дома.

Гостиная была выдержана в приглушенных бежево-розовых тонах, что прекрасно оттеняло благородную гамму цвета дорогого персидского ковра, прикрывавшего добрую половину натертого до блеска дубового паркета. У камина стояли два кресла с высокой спинкой, у стены напротив — диван с горой расшитых шелком подушек. Два стула в стиле принцессы Анны — предмет гордости Эмили — были куплены на аукционе антикварной мебели. А изящный кофейный столик и китайская ваза — подарок Ричарда к годовщине свадьбы. В эркере красовался стильный торшер на бронзовой ноге, эффектно подсвечивая ухоженные комнатные растения.

Эмили поймала свое отражение в зеркале над камином. Рядом с Портером она казалась серой мышкой. Высокая, но хрупкая и узкокостная. Лицо бледное, в больших светло-карих глазах прячется печаль — если не сказать, тоска, — чуть вздернутый нос с веснушками, губы красиво очерченные, но блеклые, словно безжизненные, темно-русые волосы собраны в скромный хвостик... Ну ничего: зато в следующей жизни непременно буду голубоглазой блондинкой с роскошным бюстом! — усмехнулась про себя Эмили.

— У вас очень красивый дом, — негромко сказал Стивен и на миг приобнял за плечи. — И такой уютный!

Подобная фамильярность вывела Эмили из состояния равновесия. У нее было такое ощущение, словно она пытается вспомнить вчерашний сон, но все никак не может. Вернулись лишь чувства, но не образы.

— Спасибо, — с ледяной вежливостью ответила она.

Однако Стивен не придал ее холодности значения. С любопытством обошел гостиную, полюбовался видом из окна, даже заглянул в кухню, а потом вернулся в холл и положил руку на перила лестницы, ведущей на второй этаж.

— Хотите осмотреть весь дом? — с видом утомленного гида спросила Эмили.