— Мы в точности выполним твои инструкции, — пообещал Роден. — Еще раз спасибо за терпение и…

Его голос резко замолк, когда я отключилась. Я вернула инфовизор Лукасу и упала рядом с ним на диван.

— Моему брату всегда не хватало ума, — пробормотала я. — Но зайти в технический район и попасться…

Лукас вздохнул с осторожным сочувствием.

— А еще он встретил дикую пчелу. — Я разрывалась между досадой и тревогой из-за того, что могло произойти с Грегасом.

— Физически он не пострадал, — успокаивающе произнес Лукас. — А если получил ментальную травму, у нас есть возможность отмотать его память в момент до столкновения с дикой пчелой.

— Мне не нравится баловаться с чужой памятью, а это мой брат, — ответила я. — Как только мальчиков привезут, я прочитаю разум Уэсли. Надеюсь, узнаю все из него, но если нет, то придется проверять и Грегаса.

— Всего несколько часов назад ты участвовала в тяжелом чрезвычайном рейде и читала несколько целей, — сказал Лукас. — Опасно спешить с просмотром новых чужих разумов.

— Не чужих, — с горечью возразила я, — а разумов моего раздражающего младшего брата и его еще более раздражающего лучшего друга.

— Они все равно считаются чужими, ведь ты не видела их прежде, — беспокойно заметил Лукас. — И именно то, что Грегас — твой брат, делает ситуацию такой опасной. Личностный фактор серьезно усилит влияние на тебя.

Я пожала плечами.

— Я это знаю, но все же должна как можно скорее прочитать разумы Грегаса и Уэсли. Возможно, мальчикам тяжело справляться с ужасными воспоминаниями.

— Если прочтешь Грегаса, у тебя возникнут более серьезные поводы для беспокойства, чем его встреча с дикой пчелой. Ты можешь увидеть тревожащие мысли, которые полностью изменят твои отношения с семьей. И твоим родителям, и брату отвратительны носачи, так что…

— Мы обсуждали эту проблему, когда я еще училась контролировать телепатию, — перебила я. — И я согласилась никогда не рисковать, читая разумы членов семьи. Но, похоже, сейчас у меня нет выбора. Не могу позволить кому-то другому принимать решение о перезапуске памяти моего брата.

— Согласен, именно тебе решать, что с ним делать, — отозвался Лукас. — Я просто прошу отложить чтение разума Уэсли или Грегаса до конца двадцатичетырехчасового восстановительного периода.

— Я не могу заставлять Грегаса ждать и мучиться, — нетерпеливо сказала я.

— Мальчикам ни к чему изводиться во время ожидания. Нам придется воспользоваться гипнозом в момент чтения их разума, чтобы мысли наверняка были сосредоточены на столкновении с дикой пчелой. Мы могли бы начать применение расслабляющих техник с момента прибытия мальчиков и держать их в мирной дреме до тех пор, пока ты не будешь готова.

Я нахмурилась.

— Ты говоришь о гипнозе вроде того, что используется в лотерейных тестах?

— Что-то похожее, но чуть сильнее.

Я поколебалась и покачала головой.

— Лучше я справлюсь с тревогой и выясню, что произошло с Грегасом.

Лукас всплеснул руками.

— Ну, если ты собираешься провести большую часть ночи, читая разумы, лучше тебе позвонить маме и отменить завтрашний поход по магазинам.

Я в отчаянии взвыла.

— Совсем забыла! Ты прав. Я не смогла бы прочитать разум Грегаса, а потом пойти с мамой за покупками, как будто ничего не произошло.