|
Нет, Ортзел, я останусь верной моей богине. Я уже слишком стара, чтобы менять веру.
— Вы, мадам? Стары?
— Вы не поверите в это, Ваша Светлость, — сказал Спархок.
— Мадам, мне придется многое обдумать после встречи с вами, — проговорил Ортзел задумчиво, и отошел немного вверх по ручью.
— Это уже шаг, — прошептал Келтэн Спархоку.
— И уже достаточно большой.
— Спархок, я кое что надумал, — задумчиво сказал Тиниэн.
— Да?
— Герриш и его солдаты ищут по лесу, если Сефрения права, ищейка тоже не сможет нас преследовать ближайшую неделю. На том берегу реки нет никаких врагов.
— Наверно. Хотя стоит сначала осмотреться на том берегу, прежде чем делать такие выводы.
— Не помешает, — согласился Тиниэн. — К чему я все это говорю, двоим из нас надо отправиться в Чиреллос с патриархом, а остальным ехать к Рандере, пока можно. Если все спокойно, всем не зачем ехать в Священный город.
— Это разумно, Спархок, — поддержал его Келтэн.
— Я подумаю об этом. Давайте проедем вокруг, посмотрим, как обстоят дела, а потом все окончательно решим.
Они вновь сели на коней и перебрались через реку. Этот берег реки покрывала густая чащоба.
— Скоро стемнеет, Спархок, — как всегда ворчливо сказал Кьюрик. — Надо бы разбить лагерь. Здесь было б неплохо. А когда стемнеет, выберемся отсюда и посмотрим, нет ли где огней от костров. Не одним солдатской отряд не расположится на ночь без костров, так что мы их живо заметим. Это будет гораздо легче и быстрее, чем шататься весь день вверх и вниз по реке высматривая людей за каждым кустом.
— Ладно, так и сделаем.
Они разбили лагерь среди зарослей кустов и разожгли совсем маленький костерчик. К тому времени, как они закончили ужин совсем стемнело.
— Ну теперь давайте посмотрим, — сказал Спархок поднимаясь на ноги. — Сефрения, ты, дети и Его Светлость оставайтесь здесь.
Выйдя из-за деревьев, они долго вглядывались в темноту вдоль реки. На небе не видно было не луны не звезд и тьма была полная.
Спархок решил обойти чащу, где они встали лагерем, кругом. На противоположной стороне он наткнулся на Келтэна.
— Здесь темнее, чем в застегнутом кармане, — сказал тот.
— Ты что-нибудь видел?
— Ни одного проблеска. Там за деревьями есть холм. Кьюрик полез туда, чтобы оглядеться сверху.
— Хорошо, его глазам можно доверять.
— Да, это точно. Не понимаю, отчего ты не посвятил его в рыцари? Он не хуже любого из нас, а может и лучше.
— Эслада бы убила меня. У нее нет никакого желания быть женой рыцаря.
Келтэн рассмеялся.
— Спархок! — донесся из темноты голос Кьюрика.
— Мы здесь.
Оруженосец присоединился к ним.
— Холм довольно высокий, — сообщил он. — Единственный свет, который можно разглядеть — от деревни, с милю вверх по реке.
— Ты уверен, что не костер? — спросил Келтэн.
— Уж наверно я отличу костер от света лампы через окно.
— Да, пожалуй верно.
Спархок сунул пальцы в рот и испустил протяжный свист — сигнал остальным возвращаться в лагерь.
— Ну что ты думаешь? — спросил Келтэн, когда они с трудом пробирались сквозь чащу переплетенных ветвей к лагерю, где еще курился дымок над их костром.
— Спросим его Светлость. Это его головой мы собираемся рисковать.
Оказавшись в лагере, Спархок обратился к патриарху:
— Нам необходимо принять решение, ваша Светлость. |