Когда Кира приблизилась, Маркус поднял взгляд, но не улыбнулся. Он кивнул в сторону двери, за которой скрылся Сэмм.

— Разведывают путь?

— Ищут сухую одежду, — ответила Кира. — Что с запасами еды?

— Мрачно, — отозвался Маркус, — если не катастрофично, хотя до повального каннибализма пока не дойдет. На этом посту провизия заканчивалась еще до того, как откуда ни возьмись свалились три сотни беженцев. Судя по всему, они планировали сегодня эвакуироваться.

— Так и есть, — сказала Кира. — Следующий пост, скорее всего, будет столь же разоренным, когда мы до него доберемся.

— Можно попытаться обшарить территорию вокруг, — предложил Маркус. — Но стоит не забывать, что за последний месяц по этой дороге прошло все население острова. Даже найди мы что-нибудь, еды для всех все равно не хватит.

«Говорить с Маркусом гораздо легче, чем с Сэммом, — подумала Кира. — Или, может быть, мне так только кажется, потому что мы говорим об обыденных вещах. О мерах и весах и о главном. Почему я могу говорить о том, как спасти мир, но не о себе самой?

К чертям со всем этим, — подумала она. — Если не скажу сейчас, то не скажу никогда». Она посмотрела Маркуса прямо в глаза.

— Маркус, ты знаешь, что я люблю тебя, верно?

На мгновение у Маркуса отвисла челюсть, а потом он улыбнулся.

— Я и не ожидал еще когда-нибудь от тебя это услышать.

— И ты также знаешь, что я люблю Сэмма?

На этот раз его рот раскрылся на более долгое время, а глаза помрачнели.

— А это уже не то, что я хотел услышать, но все же… наверное, мне стоит сказать спасибо. Лучше услышать все прямо.

— Я не думала, что еще когда-нибудь его увижу.

— Поэтому ты поцеловала меня?

— Нет, поэтому я позволила себе поцеловать тебя.

Маркус покачал головой.

— Не уверен, что мне от этого стало легче.

— Я сделала выбор, потому что думала, что другого мне не остается, — сказала Кира. — Я знаю, что это ужасно, но так и есть. Когда я поцеловала его, это было по той же причине: я думала, что погибну, и поцеловала его, и сказала, что люблю его. Это как… Я могу пожертвовать своей жизнью, пытаясь помочь кому-то другому, но ради себя могу сделать что-то только тогда, когда знаю, что это не имеет значения.

— Значит, с ним ты тоже целовалась, — проговорил Маркус. — Этот разговор начинает становиться весьма запутанным и неловким.

— Прости, Маркус. Я не знаю, что со мной происходит.

— С тобой ничего такого не происходит, — ответил Маркус, хотя было видно, что он с трудом подбирает слова. — Мы оба — безупречные образцы своего вида, я бы тоже не смог сделать выбор между нами.

Кира рассмеялась.

— Принимать решения было гораздо легче, когда я думала, что за меня это сделает апокалипсис.

— Апокалипсис еще впереди, — сухо произнес Маркус. — Неужели ты думаешь, что мы все переживем следующие несколько дней? Вдруг ты умрешь, и я останусь с Сэммом.

— Уж лучше с ним, чем с Херон, — ответила Кира. — Что бы ты ни делал, будь с ней осторожен.

— Зарубил себе это на носу, — произнес Маркус. — Я встречался с ней только однажды, но… черт побери. Если в следующие несколько дней кто-то погибнет, то я не буду удивлен, что это она нажала на курок.