Стейси перестала улыбаться. Да, она была стюардессой, тогда, на берегу, но не сейчас. Эмми и Эрик смотрели на то, как она пыталась разыграть сценку. Они даже пробовали смеяться, но смех этот был грустным, полным отчаяния и беспомощности.

«Они спасли колени», — подумала Стейси.

Тогда, в первую ночь на берегу, было очень весело, каждый смешил всех по-своему. У них было похожее детство, прошедшее в летних лагерях и походах, поэтому они прекрасно знали, как не скучать, сидя у костра. Стейси показывала свои сценки, Джеф рассказывал много интересного, показывал путеводитель, Эрик придумывал разные смешные истории, Эмми пела. У нее был хороший голос, довольно сильный и звонкий, идеально подходящий для веселых песен у костра.

Стейси уже перестала дурачиться, подошла к Эмми с Эриком и села рядом. Эмми заметила, что футболка у Стейси порвана и сквозь дырки видна грудь. Одежда была рваной у всех. И это сделало растение. Это оно проедало их футболки, джинсы и даже обувь. С этим ничего нельзя было сделать — как только начинаешь срывать стебельки, они обжигают руки и тело. Можно, конечно, было покопаться в рюкзаках и найти чистую одежду. Но эта одежда принадлежала мертвым людям, и надевать ее было немного жутко.

Эрик сидел рядом и постоянно дотрагивался до груди. Он то чесался, то надавливал на кожу, как будто пытался нащупать там что-то. На груди у него уже были красные пятна, но он не мог остановиться. Эмми знала, что Эрик думает, что растение по-прежнему в нем, и он пытается найти его. Это раздражало ее, и Эмми хотела отвлечь его.

— Расскажи нам что-нибудь смешное, Эрик, — начала она.

— Смешное? — переспросил он.

Эмми кивнула в ответ и улыбнулась:

— Придумай какую-нибудь историю.

Эрик покачал головой:

— Я не могу.

— Ну расскажи, что будет, когда мы вернемся домой, — сказал Стейси.

Они смотрели, как Эрик глотает еще текилы, вытирает рот рукой, закрывает бутылку.

— Ну, мы прославимся. Согласны?

Девчонки кивнули. Да, конечно, они будут знаменитыми, все будут знать, что они пережили и как выбрались отсюда.

— Наши фотографии будут на обложках журналов, а имена — в заголовках газет, — продолжил он. — Может, про нас еще снимут фильм. А мы будем такими красивыми, отдохнувшими. Везде будем появляться вместе. Сценарий к фильму мы напишем сами. За это получим много денег. Да, нам понадобится адвокат или импресарио.

— Фильм про нас? — заинтересовалась Стейси.

— Да, конечно, — ответил Эрик.

— А кто будет играть меня?

Эрик посмотрел на нее и улыбнулся.

— У тебя грудь видно.

Стейси посмотрела на себя, кое-как поправила футболку и снова спросила:

— Ну серьезно, кто будет играть меня?

— Сначала тебе надо решить, кто ты.

— А кем я должна быть?

— Ну, сценаристы захотят немного изменить наши образы, добавить что-нибудь в характеры. Им нужны герои и злодеи, понимаешь?

Стейси кивнула.

— А я кто?

— Ну, у нас всего две женских роли, правильно? Значит, одна из вас должна быть хорошей девочкой, а другая — плохой. — Он замолчал и задумался ненадолго. — Я думаю, Эмми должна быть хорошей.

Стейси надулась и ничего не ответила.

— Значит, ты будешь плохой, отрицательной героиней, какой-нибудь легкомысленной потаскушкой.

— Да пошел ты, Эрик! — не выдержала Стейси.

— Что? Я же хотел…

— Тогда ты тоже будешь отрицательным героем. Если уж я…

Эрик покачал головой:

— Нет, я веселый, прикольный парень.