— Кто же тогда будет злодеем?

— Злодей, конечно, — Матиас. Такой хмурый немец. По сценарию, он специально заведет нас сюда. А растения — это что-то вроде нацистских экспериментов. Его отец изобрел это растение, и теперь Матиас испытывает его на людях.

— А положительный герой?

— Естественно, Джеф. Его будет играть Брюс Уиллис. Он будет таким экс-бойскаутом. — Эрик повернулся к Эмми: — Джеф был бойскаутом?

Эмми кивнула:

— Да, угадал. Игл Скаут.

Ребята засмеялись, хотя это и не было шуткой. Да, Джеф действительно был Игл Скаут. У его матери на стене висела вырезка из газеты с фотографией, на которой Джеф, одетый в форму, пожимает руку губернатору штата Массачусетс. Вспомнив об этом, Эмми почувствовала гордость за Джефа, за его силу и смелость. Она вспомнила, как совсем недавно была глубоко под землей, окруженная кровожадным растением. Там погибло много людей, и она тоже вполне могла остаться навечно в подземелье, если бы не Джеф. Он спас ее. Он спасет всех их, надо только не мешать ему. Они не должны смеяться над ним, потому что Джеф единственный, кто может помочь им.

— Это не смешно, — тихо сказала Эмми. Но Эрик и Стейси были настолько пьяны, что и не слышали ее.

— Кто будет играть меня? — снова спросила Стейси.

Эрик попытался не отвечать.

— Не важно, какая-нибудь очень симпатичная девушка, у которой видно грудь через порванную футболку.

— А ты будешь толстой, — сказала она Эмми со злобой. — Толстой и потной.

Они начинали ссориться. Эмми чувствовала это. Еще одна фраза Стейси в таком тоне, и они станут кричать друг на друга. Нет, Эмми не выдержит этого, не здесь, не сейчас. Поэтому она попыталась немного отвести разговор в другую сторону.

— А я? — спросила она.

— Ты? — переспросил Эрик.

— Да, кто будет играть меня?

Эрик задумался. Он снова открыл бутылку и немного выпил, потом передал ее Стейси, как трубку мира. Она взяла бутылку и сделала один большой глоток, даже закрыв глаза от удовольствия.

— Кто-нибудь, кто хорошо поет, — наконец ответил Эрик.

— Да, правильно, — одобрила Стейси. — Так у фильма будут свои саунд-треки.

Эрик улыбнулся:

— Будет дуэт с бойскаутом.

— Может, тогда Мадонна? — предложила Стейси.

— Нет, Бритни Спирс, — возразил Эрик.

Они оба засмеялись.

— Спой нам, Эмми, — попросил Эрик.

Эмми улыбнулась и даже немножко засмущалась от неожиданности такого предложения. Она сама не поняла, почему ей стало смешно. Да, она была пьяна так же, как Эрик и Стейси, а в таком состоянии, все кажется смешным.

— Да, давай, Эмми! — попросила Стейси.

Они оба смотрели на Эмми. Стейси протянула ей бутылку, Эмми глотнула, закрыла глаза и запела. Почему-то ей вспомнилась очень грустная песня… об одиночестве… и, спев один куплет, Эмми замолчала.

— А конец я не помню, — сказала она, остановившись. Это была неправда, она все помнила, но больше не хотела петь, потому что не хотела грустить.

Эрик выпил еще. В бутылке оставалось уже намного меньше половины. Потом он встал и, с трудом держась на ногах, пошел на другую сторону поляны, наклонился, поднял там что-то и вернулся к девчонкам. Они скоро поняли, что это был нож. Теперь Эрик стоял перед ними, держа в одной руке нож, а в другой бутылку текилы. Эмми и Стейси с недоумением смотрели на него.

Эмми испугалась, что Эрик наделает глупостей, но не знала, что сказать, чтобы остановить его.