– Сету сломали шею, – ответил Гадес. – Неф с Сехмет пошли за травами для ран. Анубис… где то здесь. Он в порядке.

– В отличие от других богов, – зло бросил Зевс. – Его сила разметала чудовищ, от них пыль осталась. А заодно убила пару богов.

– Убила? – тупо повторил Амон и моргнул. – Анубис кого то убил?

– Тебе перечислить поимённо? Не знаю, как успокоить ацтеков, пока они не решили устроить очередные кровавые жертвоприношения.

Мысль никак не хотела укладываться в голове и отдавала болью в висках. Амон посмотрел на мёртвое тело Сета, вспомнил стихийную, неуправляемую силу Анубиса и смог сложить все части в единую картину.

Оставив ненадолго Гадеса, Персефона поднялась, всматриваясь в Амона:

– Ты как?

– Нормально, – отмахнулся Амон. Снова глянул на лежащего Сета. – Он ведь вернётся?

– Конечно. Пострадало только тело.

Это пока, подумал Амон. Пока яд без зелья не начал действовать на сущность бога. Амон перевёл взгляд на Гадеса. Тот неловко придерживал раненую руку.

– Это сделал монстр нашего пантеона, – тихо сказала Персефона, перехватив взгляд. – Хорошо задел… но Сехмет перевязала рану.

– Хорошо. Мне нужно к Анубису. Где он?

Сеф неопределённо махнула в сторону:

– Он ни слова не произнёс.

В клубе царил хаос, но какой то уж слишком тихий, спокойный. Амон шёл не торопясь, ещё не слишком доверяя ногам. Неоновые лучи света замерли, он ощущал их ласкающие прикосновения. Кто то выключил музыку и догадался начать выталкивать ошарашенных людей, которые вряд ли поняли, что происходит. Мимолётно Амон подумал, что это ещё ему высказывают, как он не скрывает в соцсетях, что бог. Сколько людей сегодня успели сделать фото разрухи?

Вряд ли они осознали произошедшее. А вот боги – точно. Амон выхватывал их опустошённые, растерянные лица.

Анубис сидел у пустой барной стойки и тихонько напивался: он не стал мелочиться и искать бокал, а сразу взял бутылку без этикеток, где плескалась зеленоватая жидкость.

Половина. Интересно, сколько из этого успел выпить Анубис?

Устроившись рядом, Амон не знал, что сказать. Когда то он часто бывал у Сета и Нефтиды. В отличие от других богов Амон знал, в чём была причина желать смерти брату и как это далось Сету, поэтому скорее уважал, что тот решился.

По крайней мере, хватило храбрости на то, что так и не сделал сам Амон: пригрозить, приказать Осирису, надавить, в конце концов.

В один из таких визитов Амон познакомился с Гадесом, а в другой встретил Анубиса. Конечно, видел принца мёртвых и до того, непокорную тень Осириса. С Сетом и Нефтидой Анубис оказался совсем другим. Любопытным, открытым миру и не слишком противоположным солнечному Амону.

Тогда Анубис воспринимался луной, постоянно выглядывающей из за облаков и стремящейся к миру людей.

Но сейчас он сидел воплощением холодной бездны.

– Анубис, – тихонько позвал Амон.

Тот не ответил, скользнул рассеянным взглядом, смотрел, но не видел.

– Анубис, ты пугаешь. Поговори со мной.

– Отстань. Я начинаю трезветь.

– Анубис! – В голосе Амона прорезалось отчаяние. – Прекрати. Пожалуйста.

Он даже не знал, что его пугало больше: тёмный лёд его слов или горькая усмешка, исказившая губы:

– Скольких я убил?

– Это же случайно вышло.

– Да? А ты часто убиваешь богов случайно? Я выпустил силу, хотел уничтожить чудовищ! После того как… как… – Он глубоко вздохнул. – Ты ведь понимаешь, что Сет не успеет вернуться? Яд убьёт его быстрее. Он зелье утром последний раз принимал, сейчас уже вечер.