— Пока мы говорили, — сказал он, — поступило сообщение из полицейской машины, находящейся на Сайпресс-роуд. «Линкольн» они не обнаружили, но подобрали Маккиффера.

— Подобрали?

— То, что осталось от него. Труп валялся на обочине дороги. Вероятно, его выбросили из машины, которая шла со скоростью семьдесят — восемьдесят миль в час. Он весь изуродован, но опознать его все же удалось. При нем нашли водительское удостоверение, кредитные карточки и другие вещи. Ты приедешь написать рапорт?

— Да, скоро. Пока, Сэм.

Я закурил и сделал несколько затяжек. Потом поехал по Сайпресс-роуд на запад, пока не увидел полицейскую машину с красной мигалкой. Рядом стояла и вторая машина.

Не знаю почему, но мне хотелось взглянуть на тело Маккиффера. Я взглянул и тут же пожалел об этом. Трудно было поверить, что из человека может вытечь столько крови, сколько ее разлилось на асфальте. И все тело было покрыто толстой коркой запекшейся крови. Половина лица была снесена.

Да, это был Маккиффер. Вернее, то, что от него осталось.

Глава 13

Я возвращался в Лос-Анджелес по Фривею. Внезапно зазвонил телефон. Я взглянул на часы. Было начало первого. Кто мог звонить мне в такое время?

Оказалось, звонил Гидеон Чейм.

— Какого черта вам нужно? — рявкнул я.

Настроение у меня было скверное. Я только что убил Рыкуна. Насмотрелся на окровавленный труп Маккиффера. Удручало, что он уже не сможет закончить свой рассказ. Естественно, мне было не до любезностей.

— Вы должны приехать ко мне! — закричал Гидеон.

— Перестаньте орать, черт вас возьми! С чего это я должен приезжать?

— По телефону сказать не могу. Но приехать вы должны.

— Должен! Как бы не так! Я еду в полицию писать рапорт, и у меня полно других дел. Мне некогда с вами встречаться.

— Пожалуйста, мистер Скотт. Дело очень важное. Мне нужно поговорить с вами. Кое-что произошло.

— И что же?

— Ну… это касается мистера Джелликоу. Так вы приедете?

Я произнес любимое ругательство Маккиффера. Но розыск Джелликоу как-никак был моей главной задачей в этом осложнившемся деле.

— Вы знаете, где он? — спросил я Чейма.

— Нет… но речь идет о нем.

В тот момент я находился в нескольких кварталах от поворота на Пасадину.

— Буду минут через пятнадцать — двадцать. Но смотрите, если дело не столь важное, как вы утверждаете…

— Важное. Пожалуйста, поторопитесь.

На первый взгляд в палате номер 16 все было так, как и в предыдущие мои визиты. Но я быстро заметил разницу. Чейм, видимо, здорово ворочался в постели, потому что одеяло было скомкано, а в углу палаты валялся вдребезги разбитый стакан. Чейм сидел, выпрямившись, стиснув челюсти. Нахмуренные крылатые брови почти закрывали глаза. Он нервно тер руки.

— Приятно видеть, что вы разрядились, — заметил я. — Так что же такого ужасного произошло?

— Меня шантажируют.

Должен признаться, новость меня заинтересовала.

— Вы не шутите? Кто вас шантажирует?

— Уилфред Джелликоу. Кто ж еще, черт возьми!

— Могут и другие найтись. Почему вы решили, что это Джелликоу?

— Он мне звонил. Потребовал сто тысяч долларов. Сто тысяч!

— И когда вы должны подготовить эти сто тысяч? И как будете их передавать?

— Он дал мне два дня, чтобы подготовить деньги. А как их передать, разговора пока не было. Через два дня Джелликоу позвонит. Подлец! Мерзкий, неблагодарный…

— Успокойтесь.