За банку тушняка, которая обычно стоит максимум камень, просят аж целых пять! Про патроны вообще молчу. И где нам столько брать? С такими расценками любая, даже самая удачная охота выходит в жирный минус. Вот и крутись как хочешь. Но мы пока держимся, хотя уже начинаем потихоньку ругаться. Просто меня бесит полное безразличие Гюрзы к ситуации. Она будто не хочет признавать, что мы в полной заднице! Всё время твердит о реабилитации и поиске настоящего убийцы, но дальше слов дело не идёт.

Нам уже не раз предлагали перебраться на крайний восток, где есть возможность начать жизнь с чистого листа. Вроде как там есть форты, в которых не обращают внимания на прошлое. Но Гюрза категорически против. Говорит, в этих фортах настолько жопа, что наша ситуация в сравнении с этим — натуральный рай. А как по мне, так мы скоро в бомжей превратимся, если не начнём принимать какие-то меры.

Камни, что я успел обналичить, подходили к концу, а доступа к счетам у нас нет. Потому как для этого необходимо попасть в форт. Можно ещё продать грузовик, который мы спрятали через два дня после инцидента, так как у него баки обсохли, но меня жаба душит. Новенький «Урал» здесь днём с огнём не отыскать, даже при наличии камней в кармане.

— Эй, фтсиу! — Вставив пальцы в рот, Гюрза залихватски свистнула водителю УАЗа, — Да стой ты, чтоб тебя… Козлина!

— Сегодня явно не наш день, уже пятый мимо проехал! — буркнул я и уселся на отлив цоколя.

— Это всё твоё негативное мышление, — заметила девушка. — Нужен позитивный настрой, и всё получится.

— Где-то я уже слышал этот бред, — усмехнулся я. — Там ещё было что-то о Вселенной и халяве.

— Нет, просто из-за твоей кислой рожи никто останавливаться не хочет.

— А ты попробуй им сиськи показать, — в шутку предложил я.

Однако девушка восприняла совет всерьёз, и следующий водитель уже вовсю любовался молодой упругой грудью моей подруги. Я аж с отлива подскочил, чтобы прикрыть срам.

Но всё сработало. «Буханка» с характерным скрипом тормозов остановилась на тротуаре. Чумазый мужик, что сидел на пассажирском сиденье, опустил окно и высунулся наружу.

— Почём? — не совсем верно истолковал жест Гюрзы он.

— Нам патроны нужны и жратва, — попытался я настроить его на нужный лад.

— За минет банку каши могу дать, — продолжил гнуть своё он.

— Мужик, ты не понял, она не шлюха, — рубанул я уже напрямую.

— А чё тогда мозги трахаете⁈ — возмутился чумазый. — Честных людей в заблуждение вводите! Ща как дам очередью в брюхо!

— Тебе чё, помочь трудно? — вступила в диалог Гюрза.

— Бабе слово не давали, — огрызнулся мужик. — Давай, Шмит, двигаем отсюда.

УАЗ резко сдал назад, а затем с рёвом умчался дальше по улице. А мы так и остались мокнуть под дождём, проклиная придурков последними словами.

— Блин, только зря промокла, — буркнула Гюрза. — Может, ты поголосовать попробуешь? Сам видишь, к женщинам здесь отношение не очень.

— По тебе хоть не стреляют, — со вздохом отозвался я, но большой палец всё же выставил.

И вот удивительно: у тротуара тут же замерла «Нива». Видок у неё, конечно, был тот ещё. Русская техника и без того не славится устойчивостью к коррозии, а здесь, в Мешке, тачки сгнивают буквально за пару лет.