Наяна тихо проплыла вперёд, чтобы посмотреть из воды в глаза Аргентора. Вода все время билась волнами, и ей никак не удавалось увидеть выражение на его лице. Русалка приблизилась к поверхности и поняла, что замечена: он изменился в лице и поспешно поднялся, пристально вглядываясь в глубину.

Наяна помнила, что на ней платье. Она медленно вырастала из волн, глядя ему в глаза, и остановилась прежде, чем показался хвостовой плавник. Платье расплылось по волнам, как по паркету. Наяна ждала.

Ланселот смотрел на неё расширенными глазами, его лицо побледнело, васильковые глаза стали огромными.

— Нимуё, откуда ты?! — вырвалось у него.

Она молчала — не узнал!

— Прости, фея, — горько проговорил Аргентор. — Ланселота больше нет, как нет Джиневры. Все умерли.

Фея медленно растворилась в волнах, так и не ответив ничего.

Русалка следовала за пустующей флотилией, прячась от Аргентора. Он же бегал по судам и звал Нимуё.

Глава 24. Как Рушер печёт пирожки

Маргиана слышала, что сообщил Вилли из дворца. Рушер не дурак и быстро догадался, как именно и кем именно была уничтожена его третья армия и отчего пострадал Фортисс. По сути, боя никакого не было, население Зинтареса и его гости всё наблюдали на больших экранах в летающих лабораториях. Все кричали от восторга.

Когда битва закончилась, так и не начавшись, сибианы поспешно отправились наружу — убедиться, что зелёные горы не пострадали. Где-то среди возбуждённой толпы перемещались Аргентор, Заннат и Ааренс. В воздухе мелькали монки. Ей никак не удавалось подойти к Ааренсу — тот был всё время занят. Потом обхватил Аргентора за плечи и исчез без предупреждения — наверняка переместил его на покинутую флотилию. Лодки плыли по течению куда быстрее, чем архипелаг, и следовало присмотреть за ними.

Ааренс вернулся очень быстро, но Маргиана даже не успела расспросить его о состоянии флотилии, как вдруг раздался голос с неба — друзья во дворце сообщали о своих проблемах. Никто не мог им помочь так скоро, как Ааренс. Маргиана стала пробираться к нему через толпу, потом от нетерпения взлетела в воздух, но не успела — Ааренс испарился. Он даже не предупредил её — значит, долго задерживаться не собирался.

И вот, уже наступил следующий день, а его так и нет. Это означает только одно: он опять ошибся. Иначе, нашел бы хоть мгновение, чтобы вернуться и сказать, что с ним все в порядке.

К Маргиане подошли сибианки. Желают знать, почему она сидит в одиночестве и не пойдет ли с ними к угощению. Маргиана покачала головой и вежливо отказалась. Красивые и величественные женщины склонили головы в знак печали — все на островах уже знали, что с Героем аллерсов произошла какая-то беда.

— Передайте Синему Монку, — попросила их Маргиана, — что я полетела во дворец к Рушеру. Я должна узнать, что случилось с Ааренсом.

Сибианки опять молча склонили головы — радость жителей летающего архипелага была неполной, потому что подруга Аргентора, целительница Наяна погибла. Именно поэтому никто не воспрепятствовал Маргиане в этой опасной затее — лететь к Рушеру, словно в гости к другу! Но, разве может быть что-либо худшее, чем неизвестность?!

Маргиана летела, как некогда летал Ахаллор — с пением воздуха, в мерцающем облаке, на огромной высоте. На подлете к Рорсеваану она снизилась почти до воды и пошла совсем тихо. Чем меньше шума, тем лучше. И, благодаря своей похвальной предосторожности, увидела кое-что. Просто картину, не иначе. В рамку и на стену. С названием «Безумство храбрых».

— Ну, и как ты собираешься перебраться на платформу? — спросила она, подлетая к основанию конической горы, на вершине которой гигантской шляпой синела платформа дворца.