— Знаете, какие они были, когда я их нашёл, — поделился Гесер, — просто умирали!

Маргиана немного удивилась про себя. А вот Аманде, похоже, казалось это нормальным.

— Я хочу поговорить с тобой. — с тяжелым чувством обратилась к ней Маргиана.

После получасового разговора Аманда осталась при своём мнении — Маргиане не удалось убедить её. Орнисса желала летать, и точка! Маргиана с радостью отдала бы ей свой дар, если бы умела, в обмен на шарик огня, дарящий Силу.

Остаток ночи она провела беспокойно. А утром её позвали к Рушеру.

Синкрет, не тот, с пушистым хвостом, а стражник — здоровый урод с большими мышцами — провел её не в тронный зал, а в другое место. Она уже решила, что Рушер намерен исправить её лицо, и заранее принялась придумывать оправдание своей хитрости. Но, всё оказалось совсем не так.

Помещение, в которое доставили Маргиану, очень походило на лабораторию. Рушер находился там один. При виде этого невысокого, всегда напряжённого человечка, девушку снова охватило тошнотворное ощущение. Он был опасен, как бешеная гадюка.

Рушер пристально смотрел на неё, находясь перед сплошной — от потолка до пола — полупрозрачной перегородкой. Выражение его глаз внушало опасение. У Маргианы возникло такое чувство, словно она раздета. Тщетно она пыталась принять независимый вид.

— Так что с Коэном? — внезапно спросил Рушер.

Маргиана вдруг вспомнила то, что мучило её всю ночь: как случайно проболталась вчера! Она с внезапным подозрением посмотрела на смутно видневшуюся за стеклом фигуру на столе.

— Именно так, — проговорил Рушер без всякой издевки, просто знакомя её с фактом.

— Ты обманул меня! — воскликнула Маргарет.

— Вовсе нет, — спокойно ответил он, — а вот ты обманула.

И указал на повязку, скрывающую её лицо.

— Всё, что тебе нужно, это умыться. — так же бесстрастно проговорил Рушер.

Владыка взглянул на полупрозрачную преграду. Перегородка просветлела, и стал отчётливо виден нереально выглядящий Герой — он лежал на столе сложной конструкции.

— Что ты собираешься делать? — трясущимися губами спросила Маргиана.

— Пока только хочу знать, как он дошёл до такого состояния.

То, что Рушер нисколько не издевался и не язвил, было ещё страшнее. Он, видимо, был выше этого. И совершенно спокоен, словно и не понес никаких досадных потерь. Сейчас Владыка просто желал знать, что такое приключилось с Коэном — как будто речь шла о лабораторной крысе.

— Его вес наполовину уменьшился, — делился он наблюдениями с ней, словно с коллегой, — дыхания почти нет, пульс не прослушивается. Как вам удалось такое с ним сделать?

Маргиана вдруг решилась:

— Если ты дашь слово, что не убьешь его…, - начала она.

Рушер перебил её:

— Я никому не даю слова. И тебе советую со мной не торговаться. Я так понимаю, что не твои шрамы привели тебя сюда. Более того, я догадываюсь, что причина лежит вон там, за силовым полем. Так что говори. Лекарство у меня. Мне надо только знать, что с ним.

— С чего это ты стал таким великодушным?!

Он холодно удивился:

— Чепуха какая. Я думал, ты сообразительнее. Я ведь и сам могу узнать — есть методы. Только не обижайся, если состояние твоего героя немного ухудшится.

Его доводы были так же неотразимы, как бесстрастен тон, которым всё это говорилось.