— Простите, месье, этот… человек, он вломился к вам, бормочет что-то насчет ксерокса. Мне вызвать охрану?

Дима наконец перевел дыхание. Фотографии Палева: молодой человек на мосту, в парке. Соломон тоже видел их. И отправка бомбы этому человеку, сыну Димы, была частью его чудовищного плана.

— Вон там, — сказал Адам Леваль и кивнул на ксерокс. — Он здесь, наверное, ни к чему. Мы ими сейчас редко пользуемся. — Он улыбнулся. — Офис без бумаг. Оригинально, да?

— И еще он толкнул меня.

— Спасибо, Колетт, я с этим разберусь.

Дима вернулся к реальности. Оторвал взгляд от лица Адама и бросился к копировальному аппарату:

— Кто-нибудь его трогал?

— Колетт говорит, что он не работает. Я поискал вилку, но…

Часы, висевшие на стене, показывали без десяти минут десять. Дима обернулся к Адаму:

— Вы должны уйти. Уходите отсюда. Как можно дальше.

Адам Леваль был не из тех людей, которые беспрекословно подчиняются непонятным указаниям, особенно в собственном офисе. К тому же внешность и манеры странного, явившегося без приглашения незнакомца, который, казалось, прошел через огонь и воду, чтобы добраться сюда, возбуждали его любопытство. Очевидно, этот человек пришел к нему в кабинет не просто так.

Дима осмотрел ксерокс. Он не был подключен к сети. Никаких проводов. Он снова обратился к Адаму:

— Я не могу поднять тревогу. Сигнализация отключена. Обезвредить эту штуку я тоже не могу. Если вы сделаете то, что я вам скажу, то останетесь жить. В здании есть бомбоубежище?

Адам Леваль кивнул.

— Идите туда сейчас же. Возьмите с собой как можно больше людей, и побыстрее. Не уговаривайте тех, кто станет отказываться. И не позволяйте никому себя остановить. Прошу вас, идите. — Дима сделал жест в сторону двери.

Но Колетт уперлась:

— Месье, у этого человека нет пропуска. Мне кажется, нужно вызвать охрану.

— А что вы собираетесь делать? — с любопытством спросил Адам, видимо нисколько не испуганный.

— Я увезу это подальше отсюда — насколько смогу. Прошу вас, послушайте меня.

Глаза Димы горели.

Адам подумал.

— Вам понадобится помощь, одному вам это не унести. По-моему, здесь где-то была тележка — дальше по коридору, на складе канцтоваров.

Колетт потянулась к телефону:

— Я звоню в службу безопасности.

Дима бросился к ней и отнял трубку.

— Так, послушайте меня. Внутри этого ксерокса спрятана бомба. У нас есть несколько минут — если нам повезет, — чтобы спасти жизни людям в этом здании и во всем Париже. Если вы вызовете охрану, меня задержат, я буду сопротивляться, они меня застрелят, и все в этом городе погибнут.

— Но… кто вы такой?

— Да, — повторил Адам, — кто вы такой?

Дима услышал чьи-то торопливые шаги снаружи. Он подошел к Адаму и, сделав глубокий вдох, с трудом заставил себя произнести:

— Вашу мать звали Камиллой?

Адам, нахмурившись, кивнул:

— Мою… мою родную мать — да, но она… Откуда вы это знаете?

— Сделайте это хотя бы ради нее.

98

Адам и Дима провезли ксерокс на тележке по коридору и закатили в лифт. Адам все бросал взгляды на странного незнакомца, внезапно ворвавшегося с предупреждением о катастрофе, — на незнакомца, который, как это ни удивительно, знал подробности его жизни, известные немногим.

— Скажите мне, пожалуйста, откуда вы знаете…

Дима перебил его:

— Давайте сначала покончим с бомбой.