— Чего повторять по тысяче раз? — проворчал Евграф. — Ну ладно, раз начальство требует… Значит, поднимаюсь к себе, по дороге навещаю клиентов. Убеждаюсь, что все на месте. Затем отзваниваюсь тебе, докладываю. А потом слежу через глазок на своей двери, чтобы Север и девки не сдернули куда… Хотя куда они сдернут, пьяные?..

— Много рассуждаешь, — поморщился Беломор. — Из квартиры клиентов можно уйти только через дверь, это точно?

Бандит недаром задал этот вопрос. Дело в том, что одно из окон квартиры самого Евграфа выходило на крышу.

— Точно, — ответил Евграф. — Ты же сам видел, их-то окна выходят на улицу. Пятый этаж, не спрыгнешь…

— Убедил, — кивнул Беломор. — Продолжай. Значит, следишь через глазок за их дверью, неотрывно следишь, пока совсем не стемнеет…

— Ага. А как стемнеет, отзваниваюсь тебе еще раз. И засим моя роль кончается.

— За чем кончается? — влез Ковбой.

— Засим. Выражение такое старинное. Означает «после этого», — пояснил Евграф.

— А-а… — почесал тыкву Ковбой.

— Хватит болтовни. Пошел! — приказал Беломор художнику.

— Есть! — шутливо козырнул Евграф.

Бандиты проводили художника взглядами до самого подъезда.

— Думаю, не подведет, — сказал Беломор Ковбою.

— Не подведет! — откликнулся тот уверенно. — Такой за бабки мать родную продаст, не то что приятеля!

Глава 36

…Второй раз Евграф позвонил Беломору ближе к полуночи.

— Птички по-прежнему в клетке, — доложил он. — Можете начинать.

— Ты точно не отходил от глазка ни на секунду? — строго спросил его Беломор.

— Зуб даю на отсечение! — вспомнил Евграф фразу, которую в подобных случаях употреблял Север.

— Тогда хорошо… Отбой.

Едва закончив этот разговор, Беломор тотчас перезвонил Джаваду.

— Босс, все идет по плану, пора действовать, — отрапортовал Беломор.

— Отлично, мы едем, встречайте, — распорядился Джавад.

Минут через пять к подъезду дома, где Север снимал квартиру для себя и девчонок, подкатил джип «Чероки» — традиционное транспортное средство среднего звена российской мафии. Ох, и непривычно смотрелся сей не самый дешевый автомобиль на одной из улиц Двора Чудес! В этом квартале машины вообще почти не появлялись, тем более столь шикарные.

За рулем джипа сидел сам Джавад. Кавказец любил водить тачку: привлекало чувство власти над механизмом.

Едва автомобиль остановился, к нему подскочил Беломор.

— Хозяин, позвольте мне возглавить операцию! — выпалил парень возбужденно.

— Валяй! — согласился Джавад. — Пацаны! — обернулся он к сидевшим сзади четырем «быкам». — Поступаете под начало Беломора. И осторожней мне!

Об осторожности джигит предупреждал не случайно: эти четверо да Беломор с Ковбоем были последние, кто остался в живых из джавадовской бригады: горец вовсе не хотел потерять и их.

Бандиты зашли в подъезд, вытащили пистолеты-пулеметы.

— Нам на последний этаж, квартира справа, — сообщил Беломор. — Всем надеть глушаки на стволы! В этом долбаном квартале хоть ментов обычно и не вызывают никогда, что бы ни происходило, но мало ли… Поднимать пальбу на весь город нечего.

Пока он говорил, «братки» успели выполнить его приказ.