Теперь, после благополучной расправы с основными силами бандитов, Север намеревался взять самого Джавада. Живым. Очень Белову хотелось задать кавказцу несколько вопросов…

Но Север понимал: чтобы повязать Джавада быстро и без особого шума, потребуется помощь Евграфа. Номер квартиры алкашей-художников Белов помнил: Он слетал туда, и вскоре на крышу поднялись четверо: сам Север, Евграф и девчонки, не пожелавшие оставаться наедине с алкашами.

— Евграф, слушай внимательно, — предложил Север. — Сейчас ты спустишься в подъезд, сойдешь вниз, встанешь у двери. Как только услышишь, что урод заорал, выскакивай из парадняка и глуши Джавадушку по башке. Дубина у тебя какая-нибудь найдется?

— О! — Евграф продемонстрировал свой огромный кулак. — Лучше любой дубины.

— У Джавада, говорят, голова чугунная… — заметил Север с сомнением.

— Я в молодости боксом чуток занимался, — пожал плечами художник. — Знаю одну точку на подбородке… Короче, нокаутировать сумею, не с первого удара, так со второго… Конечно, если он не будет сопротивляться.

— Не будет, — заверил Белов. — Он будет беспомощен, как младенец. Ручаюсь.

— Тогда ладно, — кивнул Евграф. — А он точно заорет?

— Если он не заорет, заору я, — успокоил его Север. — Чего-нибудь типа «бей!». Это будет тебе сигнал, договорились?

— Годится, — согласился Евграф. — Ну я пошел, что ли?

— Иди, — ответил Север. — И запихни Джавада в джип, когда оглушишь.

— Понял…

Художник удалился.

Выждав достаточный срок, Север вытащил револьвер.

— Девчонки, вы лучше не смотрите, — посоветовал Белов Янке и Мальве. — Зрелище не обещает быть приятным…

Яна действительно отвернулась. Зато глаза Мальвы, наоборот, загорелись хищным интересом.

— Джаваду будет больно?! — поинтересовалась Мальва жадно.

— Очень больно, — подтвердил Север. — Джавад будет сильно кричать… Надеюсь, недолго.

— Тогда я обязательно должна посмотреть, — выпалила Мальва. — Всю жизнь мечтала увидеть, как эта мразь орет от боли!

— Ну смотри, коль охота… — пожал плечами Север.

Он чуть свесился с крыши и выстрелил, пробив задний скат джипа. Беловский револьвер производил шума не больше, чем новогодняя хлопушка, поскольку был оснащен так называемым внутренним глушителем.

Сидя в машине, Джавад ждал вестей от своих парней: прошло ведь всего несколько минут с тех пор, как бойцы вошли в парадняк. Вдруг кавказец почувствовал, что автомобиль начал проседать. Джавад встревожился, выглянул в окошко: заднее левое колесо машины спускалось. Обеспокоенный горец вылез из джипа, направился к колесу… и тут Север с крыши всадил Джаваду пулю в ляжку и по пуле в каждую руку. Рухнув, как подрубленный, Джавад дико заорал. Тотчас из подъезда выскочил Евграф и двумя страшными ударами в подбородок заткнул горца.

Мальва на крыше восторженно засмеялась, захлопала в ладоши.

— Север, ты гений! Просто гений! — воскликнула она радостно. — Так подшибить этого выблядка! Ты прелесть, Север!..

— Тихо, девочка! — урезонил ее Север. — Довольно нам шуметь, хватит уж…

Мальва послушно примолкла.

— Девчонки, подождите-ка! — сказал Белов.

Он сходил в квартиру Евграфа и вскоре вернулся, притащив с собой припасенные заранее веревки и кляп.