Патрик вернулся из Америки, когда Кейт оканчивала среднюю школу. После двухлетнего пребывания за границей он стал еще более привлекательным и неотразимым. И с этого момента завертелись события, косвенно повлиявшие на появление на свет мальчика, который сейчас мирно спал в соседней комнате. События, из-за которых завтра Кейт предстоит пережить немало неприятных минут.

Няня оказалась симпатичной средних лет женщиной, которая сразу нашла общий язык с Ником. Кейт оставила телефон ресторана, в котором они с Патриком будут ужинать, чтобы в случае необходимости с ней можно было связаться.

Она поцеловала сына, пообещав вернуться не слишком поздно, и спустилась вниз. При виде Патрика — высокого, сильного, уверенного в себе — Кейт ощутила, как у нее засосало под ложечкой.

Патрик, прищурившись, оглядел ее с головы до ног, и Кейт невольно вздернула подбородок. Он, конечно, привык к обществу женщин, которые одевались у знаменитых кутюрье, а не покупали наряды на распродажах. Правда, ее платье золотистого цвета необычайно шло ей и удачно контрастировало с зелено-голубыми глазами.

— Ты великолепна, — тихо сказал Патрик.

— Спасибо, — с трудом выговорила польщенная Кейт, пытаясь унять сердцебиение.

— Ты все та же девушка, которую я знал когда-то.

Она покачала головой, и ее волосы рассыпались по плечам.

— Если только внешне.

Кейт вдруг почувствовала знакомую мучительную боль — такую же ощущает человек на ампутированной конечности. В свое время она страдала о Патрике из Татамоа. Сейчас же перед ней стоял совершенно другой мужчина — закаленный неведомым огнем, сдержанно агрессивный, подавляющий и притягивающий. И более опасный.

— Я рад, что ты изменилась.

Патрик взял ее под руку, и от его прикосновения ее бросило сначала в жар, потом в холод.

— Почему?

Он ответил, когда они уже ехали в машине:

— Когда человек не меняется, он коснеет. Семь лет назад я был бездумным молодым дуралеем, которого интересовали лишь его желания и потребности. Ты лучше других должна помнить это. С тех пор я сильно изменился.

— Я помню тебя ответственным, отважным и бесстрашным лидером, — улыбнулась Кейт.

— Даже когда я лишил тебя невинности и бросил беременную?

Она посмотрела на его четкий строгий профиль и, сделав глубокий вдох, тихо сказала:

— Ник не твой сын. Зачем бы я стала обманывать тебя?

— Вот это я и хочу выяснить, — угрожающе произнес Патрик, сосредоточенно глядя на дорогу. — Значит, ты спала с кем-то еще примерно через неделю после свидания со мной.

У Кейт задрожали губы, но она сдержала подступившие к глазам слезы и глухим голосом уточнила:

— Вернее, через две недели.

Патрик остановил машину у красивого дома, стоявшего фасадом к морю.

— Куда ты меня привез? — испугалась Кейт.

— Здесь у меня квартира. Я не хочу обсуждать важную для меня проблему на людях. Мы поужинаем здесь.

— Нет! — протестующе вскрикнула она, но дверь подземного гаража, куда Патрик завел машину, уже закрывалась.

— Не волнуйся, тебе ничто не угрожает, — насмешливо улыбнулся он. — Я только хочу услышать, с кем ты спала все эти годы и почему ты решила, что Ник его сын, а не мой. — Патрик заглушил двигатель. — И почему, когда мы встретились с тобой на майские каникулы, ты, уже наверняка зная о беременности, не удосужилась сообщить мне об этом, — глядя в темноту, закончил он с едва скрываемой яростью.

3

Они поднимались в лифте в роскошные апартаменты Патрика.