Насилие Шона словно атрофировало восприимчивость Кейт к противоположному полу, но она радовалась, что первым мужчиной в ее жизни был Патрик, с которым она познала восторг удовлетворенного желания.

Глядя сейчас на Патрика, Кейт удивлялась, почему обрекла себя на монашескую жизнь. Возможно, ей следует быть благодарной Патрику за то, что он снова разбудил в ней давно уснувшие чувства.

— Манговый пудинг, — объявил он, ставя перед ней хрустальную вазочку.

— Ммм… — блаженно промурлыкала Кейт, попробовав восхитительную воздушную массу. — Мои поздравления шеф-повару.

— Обязательно передам, — пообещал Патрик.

Она почувствовала резкость в его отрывистых словах, но, когда подняла на него глаза, Патрик улыбался тепло и дружелюбно. Кейт решила, что ей померещилось.

Если и дальше так будет продолжаться, подумала она, я, чего доброго, снова влюблюсь в него и начну фантазировать, что отец Ника Патрик, а не его кузен-мерзавец.

Шон изнасиловал Кейт, чтобы досадить Патрику, которого ненавидел и которому завидовал всю жизнь. Кейт сопротивлялась, как могла, но подонок приставил к ее горлу нож и, совершив свое гнусное дело, обозвал ее шлюхой. Шон пригрозил, если Кейт хотя бы еще раз увидит Патрика, рассказать ему, как он ее поимел и что она получила от этого большое удовольствие.

Когда Кейт решила оставить ребенка, она панически боялась, что тот унаследует жестокость своего отца. Она окружила сына лаской и заботой, стараясь сделать его жизнь счастливой, чтобы у мальчика не было причин проявлять агрессию или злобу.

Патрик принес из кухни поднос с кофе и бутылкой бренди.

— Ты можешь обещать мне, что никому не расскажешь о моей тайне?

— Не имею привычки разглашать чужие секреты, — ледяным тоном ответил он.

— Я беспокоюсь за Ника, — стала объяснять Кейт. — Мальчик не должен знать, кем был его отец и благодаря каким э-э-э обстоятельствам он появился на свет. Когда Ник вырастет, он сможет выяснить, что в то время, когда он был зачат, мы с тобой часто встречались. Он даже может попытаться найти тебя. Если это произойдет, прошу тебя сказать ему, что ты не его отец и не знаешь, кто им был. Я уже сказала Нику, что его отец умер.

— А что ты ему скажешь, если он начнет расспрашивать тебя более подробно?

— Не знаю, — честно призналась Кейт. — Но это уже моя проблема.

— Хорошо, я не скажу Нику, что тебя изнасиловали, — пообещал Патрик, сделав ударение на последнем слове. Помолчав немного, он сказал: — Давай пить кофе. Бренди будешь?

— Нет, спасибо. — Она пересела на диван, около которого стоял журнальный столик, и налила Патрику кофе — черный, без сахара, как он любил.

Они тихо беседовали о какой-то ерунде, стараясь придать светский оттенок вечеру, который для обоих оказался нелегким. Кейт украдкой взглянула на сидящего рядом мужчину. О чем он думает?

На этот вопрос никто, кроме Патрика, не смог бы ответить. Даже когда он был совсем молодым, его лицо выражало лишь то, что он считал нужным продемонстрировать миру.

4

По дороге в кемпинг Патрик спросил:

— Когда вы все-таки уезжаете в Новую Зеландию?

— В пятницу.

— Не беспокойся, Кейт, я не собираюсь преследовать тебя. Просто мне не хотелось бы снова терять тебя из виду. Нам ведь было хорошо вдвоем когда-то.

— Да, но…

— Но сейчас мы совсем разные люди, — закончил он за нее.