- Вы не имеете права.

Крик Дехтирель привлек внимание всех троих. Через пару мгновений девушка возникла рядом:

- Скорее!

В то же время чужая рука схватила его за локоть.

Подобной фамильярности он стерпеть не мог. Лаэмир дернулся, срывая вцепившиеся в мундир пальцы. Краем глаза заметил замах, подставил локоть, уходя от удара, и чисто по привычке ударил в ответ. Наследник Раванир не успел закрыться и согнулся пополам, хватаясь за живот:

- Ах, ты…

- Поднял руку на сына Наместника! – в голосе Охтайра послышалась мстительная радость. – Ну, все…

Удар по голове словно расколол мир надвое. Не ожидавший этого, Лаэмир согнулся пополам, и тут же ему на спину навалилась какая-то тяжесть. Горло перехватила тонкая ременная петля, сдавила так, что перед глазами вспыхнули цветные круги, а в ушах зашумело.

- Руки! Руки держи!

Кто-то схватил его запястья, отводя их от лица. Юноша рванулся, пытаясь высвободиться, ударил ногой, попал, на миг ощутил, что свободен, дернулся прочь, но новый удар повалил его наземь. Петля опять сдавила шею.

- Да скорее же! – плачущий женский голос ворвался в сознание. – Я больше не могу!

- Так уезжай! – рявкнули в ответ.

Женщина исчезла.

«Нет!» - хотел закричать он, но воздух из легких уже весь вышел. Сердце гулко билось в ребра.

- Веревку!

Охтайр ловко перекинул через ближайший сук один конец, другой связал в скользящий узел, который набросил на голову слабо трепыхающейся жертвы, затянул.

- Отойди!

Рави поспешно попятился, торопливо приводя себя в порядок и стараясь не смотреть, как, повинуясь рывку денщика, тело взлетело вверх и закачалось, все еще дергая руками и ногами и медленно расставаясь с жизнью. Смотреть на лицо повешенного не хотелось. А ведь ему сейчас надо возвращаться к отцу и изображать радость от того, что они больше часа без толку болтались по лесу и «общались с природой»!

Закрепив веревку, Охтайр подвел лошадей:

- Едем! Скорее!

Наследник Наместника был только этому рад и пришпорил коня, срываясь в галоп.

А еще через минуту на поляну выскочили пятеро.

- Вот это да!

Еще теплый труп молодого эльфа в помятом и немного запачканном землей и травой мундире покачивался в петле. За деревьями быстро затихал топот копыт.

- Что здесь произошло?

Бывший браконьер Янсор соображал недолго – ему надо было лишь посмотреть по сторонам:

- Убийство.

- Мы должны что-то сделать! – решительно сказал мастер Неар.

- Уехать отсюда, как можно скорее! – возразил ему мастер Боар, и остальные согласно закивали. – Мы ничего не видели, ничего не знали…

- Но хотя бы снять его мы можем?

- А что потом? Вернемся в поместье-столицу и предъявим им тело – вот, мол, какие плоды растут у вас? Нас первыми вздернут на этом же месте! И хорошо, если…

- Держите его!

Пока один эльф говорил, другой действовал. Нож Янсора был хорошо отточен, а меткости могли завидовать хищные птицы. Он в легком прыжке дотянулся и с одного замаха перерубил ремень. Остальным пришлось подставлять руки.

- Ой, - Тайн взвизгнул и отскочил: - Он дёрнулся!

- Это последние судороги, - авторитетно заявил его отец, но бывалые менестрель и бывший браконьер уже стянули с горла мертвеца ременную петлю и распахнули мундир, слушая сердце.

- Бьется…

- Это можно сделать и не здесь, - заторопился мастер Боар. – Давайте хотя бы отнесем его к нашим.

Даррен представил, как будет «счастлива» Таша, если рядом с нею будет лежать тело без признаков жизни, но промолчал.