- Ты готов служить мне по-прежнему? – зашел он издалека.

- Да, милорд.

- Готов повиноваться моим приказам, как и требуется от воина?

- Да.

- Но среди рядовых рыцарей ходят разговоры, что под моим стягом им не добиться ни уважения, ни почета, ни богатства…скорее, наоборот!

- Милорд, - полусотник глотнул вина, - никто так не говорит. Я бы знал.

- Не говорят вслух – согласен! Но многие так думают!

Рыцарь усмехнулся:

- Милорд, уверяю вас, что никто так не думает. Я бы догадывался! Хотя…

- Вот видишь! – взвился Найлор.

- Хотя среди слуг порой некоторые позволяют себе болтать лишнее. В основном женщины на кухне. Ведь кое-кто из них мог видеть девушку, и теперь они теряются в догадках, откуда эта леди вообще у нас взялась! Кроме того, армию, которая почти двое суток простояла у наших стен, трудно не заметить.

- Значит, слуги, - скрипнул зубами Найлор. Это было и хорошо, и плохо одновременно. Хорошо то, что всем недовольным можно быстро и легко заткнуть рты – посадив в подвалы и «случайно» забыть отдать приказ тюремщику навещать заключенных хотя бы раз в сутки. Никто не осудит лорда, у которого внезапно пропали несколько крепостных – кто их там считает? А плохо то, что на место «пропавших без вести» придется набирать новых. А среди них всякие могут попасться. Да и оставшиеся в живых станут болтать лишнее. Проще уж перебить всю замковую прислугу, включая детей, и набрать в поселках альфаров новых слуг.

Ладно, с этим можно разобраться позже. Армию-то впрямь трудно не заметить. Пусть себе болтают. Трепать языками – это у них, можно сказать, единственное развлечение…

Да, о развлечениях!

- Значит, дружина по-прежнему хранит мне верность?

- Да, милорд, - кивнул полусотник.

- И если я отдам приказ, они все пойдут его выполнять, не задавая лишних вопросов?

- Да, милорд, - ответ последовал быстро, но не слишком поспешно.

- Тогда слушай. Ты ведь знаешь, что к нам на один вечер приезжали бродячие артисты. Они дали всего одно представление, не оставались на ночлег и быстро покинули замок. Но их некоторые видели. И они тоже видели то, что им не положено видеть. Ты меня понимаешь?

- Если вы о той леди, то ее видели не только они!

- Они не только видели, они ещё и… Короче, они вызвали мой гнев, но тогда я был слишком занят и не успел покарать этих бродяг до того, как… как это случилось, - Найлор стиснул бокал в кулаке так, что пальцы заболели. – Но теперь пришла пора мщения. Вы должны найти этих фигляров. Найти и покарать, всех до единого! Отбери самых лучших, самых умелых, самых проворных и наблюдательных. Пусть скачут по всему Острову, заглядывают во все дома и на все фермы, объедут все замки, если надо, но отыщут мне артистов! Я желаю, чтобы отобранные тобой рыцари уже до полудня покинули замок.

Полусотник еще пригубил вина.

- Осмелюсь предложить, - промолвил он после короткого раздумья, - посылать их не по одиночке, а парами.

- Почему?

- А вы представьте себе. Рыцарь обнаружит артистов и что? Он должен вернуться в замок, чтобы доложить вам о находке. Дескать, тех, кого вы ищете, видели там-то. И вы поскачете туда или пошлете карательный отряд. Но кто вам пообещает, что артисты останутся на том же месте ждать неизвестно, чего? Они сегодня здесь, а завтра там! Если же мы пошлем двоих, то один отправится в замок с вестью, а второй тихо последует за дичью, условными знаками отмечая свой путь.

- «Дичь»! – фыркнул Найлор. – Хорошее слово! Мы начинаем охоту. Так и поступим! А когда они будут в моих руках, их всех надо уничтожить.

- Всех?

- А что тебя смущает? Они – мои враги. Они осмелились встать на моем пути и испортили мне жизнь! Я не имею права быть милосердным к своим врагам.