- А, ну да! – усмехнулся Янсор. - Это ведь ты у нас героев-любовников играешь! А мы – так, массовка.

- Умение ездить верхом – еще не все, - заспорил Тиар, не желая сдаваться. - Рыцарем надо родиться.

- Глупости! В рыцари посвящают, это всем известно.

- И тебя посвящали тоже?

- Меня – может быть и нет, - почти честно ответил Янсор. – А вот его, наверное, да!

Он кивнул на Лейра. Тот посмотрел сверху вниз, пожал плечами и ответил улыбкой. Юноша не помнил ничего из своего прошлого. Да даже если бы и помнил – сказать он ничего не мог.

- Лейр – рыцарь?

- А что? У него какой-то знак на груди – значит, он лорд. А все лорды – рыцари. Они вообще всякие бывают. Ты что думаешь, рыцари только такие, какие в твоих пьесах – без доспехов, меча и щита даже в уборную не ходят? Одежда и оружие еще не делают кого-либо рыцарем. Даже шпоры не делают из тебя рыцаря*. Спроси хоть у мастера Неара! Он-то, во всяком случае, видел их больше твоего.

(*Меч могли носить и простые воины-наемники, а вот шпоры – только конные всадники, рыцари.)

Все сразу обернулись на менестреля. Тот шел самым последним, цепляя ногу за ногу, как будто силы оставили его, и время от времени с тревогой оборачивался назад через плечо, явно ожидая чего-то.

- Вас что-то беспокоит, мастер? – подошёл к нему глава труппы.

- Не что-то, а кто-то, - ответил менестрель.

Убедившись, что с Тиаром все в порядке, сидевшая сегодня на козлах матушка Ханирель прикрикнула на лошадей, и фургон снова тронулся в путь. Обидевшись на товарищей, Тиар забрался внутрь к Таше, подальше от них. Он часто ссорился со сводными братом и сестрой, но не умел долго злиться, и все давно уже привыкли прощать его вспышки. Осознание того, что ты – полукровка и родная мать выбросила тебя сразу после рождения на произвол судьбы, способно ранить больнее, чем мысль о том, что та женщина, которую всю жизнь называл мамой, тебе не родная.

- Осторожнее! – напустилась на него Раэна, сидевшая сегодня в фургоне. – Ты мне чернила разольешь!

- А что ты пишешь? – заинтересовался юноша разложенными на полу листами пергамента. Девушка ревниво прикрыла их руками.

- Пьесу, - ответила она. – Про спасение прекрасной девы!

- Да ну? – Тиар мигом забыл все обиды. – Покажи!

- Пока рано. Это так, наброски…

- А для меня там роль есть?

- Самая главная! – со смехом пообещала ему ученица менестреля. – Ты же у нас вечный рыцарь и спаситель всех униженных и обездоленных!

Поскольку Янсор явно решил размять ноги и шагал вместе с Соэль, Тайном и Дарреном, на ходу жонглируя ножами, и не требовал от Лейра, чтобы тот спешился и прекратил «кататься», юноша решил немного проехать вдоль дороги. Упряжные лошади тащили повозку не спеша – все еще влажная после дождей земля оставалась жирной, налипая на колеса, - и верховой скакун легко обогнал их даже неспешной рысцой.

Дорога сделала поворот, и впереди посветлело. Лес заканчивался, и все невольно приободрились. На поле дорога всегда немного суше, идти и ехать по ней легче. Можно двигаться либо вдоль опушки, либо напрямик. Кроме того, на таком лесистом Острове, как Сапфировый, свободное от деревьев пространство часто означает возделанные поля. А значит, близко какая-нибудь деревня или ферма светлых альфаров, где можно отдохнуть. Лейр пришпорил скакуна и поехал вперед.

- Далеко только не уезжай! – крикнул ему вслед мастер Боар. – Заблудишься.

Юноша не спешил отрываться от своих товарищей. Все видели, как он промчался чуть ли не до опушки, потом осадил мерина, замерев на некоторое время, словно увидел нечто невероятное – и тут же во весь опор поскакал обратно.

Причина его странного поведения стала заметна полчаса спустя, когда повозка добралась до опушки.