— В обычной ситуации да, но в его руках находилась сила дракона. Она бы не дала ему погибнуть.

— Так получается Аида помешала мне стать драконом?..

— Скорее всего, — кивнула Фей.

— А сейчас?..

— Ты близок к этому. Думаю, ты и сам это чувствуешь, вашу связь. Ты ощущаешь их как продолжение себя.

— Да, ощущаю. Но я бы не сказал, что они моя часть, эта сила… разумна. Она не всегда подчиняется.

— Потому что она отражает тебя. Люди противоречивы, также и эта сила. Понимаешь?

— Не совсем.

— Считай, что она обижена на тебя. Ты много лет отвергал её, фактически отвергая сам себя.

— И мне что, извиниться перед ней?

— Нет, просто принять.

— И как это сделать?

— Понятия не имею. В смысле, вы должны давно были стать едины, но словно что-то мешает.

— А отцовский меч? Он расплавился и превратился в эти кости.

— Это… Как бы выразиться более емко… Способ связи между вами. Он превратился в мостик, который позволил тебе черпать силу, пусть не полностью, но гораздо сильнее, чем прежде.

— Это кое-что объясняет, — задумался я, смотря на парящие над ладонью кости. — То есть со временем мы должны стать едиными? Превратиться в полноценного дракона?

— Да.

— И что будет в таком случае? Я превращусь в большую ящерицу?

— Ага, — подтвердила Фей.

— Но в человека же он сможет превращаться, как ты? — забеспокоилась Анни.

— Скорее всего.

— Фух…

— Меня другое волнует. Зачем Вечности превращать меня в дракона?

— К сожалению, я не знаю, — с прискорбием сказала девушка. — Это ведомо лишь госпоже.

— Не слишком обнадеживает, — хмыкнул я. — Я-то надеялся, что ты хоть немного прояснишь, что происходит. Пустота действительно поглотит всю вселенную, если не получит желаемого?

— Вполне возможно.

Я надеялся, что Фей опровергнет это утверждение, а не подтвердит его.

— Вечность правда может это допустить?

— Не рановато-ли ставить крест на нашей вселенной? — это уже заговорила Анни. — Она ещё так молода!

— Всему однажды придет конец. Все мы канем в Пустоте так или иначе, а затем Вечность породит что-то новое. Новые миры, новых существ, — Фей говорила это удивительно спокойно, по-философски, как о чем-то, на что мы не можем повлиять. Мне категорически не понравилось.

— Ну уж нет, без боя мы не сдадимся. Договор был нарушен… — задумался я. — Значит мы должны заключить новый.

— Но каким образом? — спросила Аннигиляция.

— Отец же как-то это сделал, — я посмотрел на неё.

Богиня задумалась.

— Не уверена, что у меня есть ответы. В те времена все творящееся мне казалоськ акой-то скучной ерундой. Вайлор творил Границу, а мне больше нравилось уничтожать миры. Мне казалось это… забавным. И нечего на меня так смотреть, — надулась Анни. — Я уже давно поняла, что была не права, да и те по большей части были безжизненными каменюками.

— Значит, ты ничего не знаешь о том, как Отец заключал договор с Вечностью и Пустотой?

Она отрицательно замотала головой.

— Николас. Николас должен знать!

— Вряд ли, — не согласилась богиня. — Может он и участвовал в Договоре, но не похоже, чтобы он знал, как остановить Пустоту, иначе сказал бы.

— Действительно… — я припомнил нашу последнюю встречу.

Я вновь перевел взгляд на кости.

— Мы что-то упускаем. Я дракон, и могу влиять на время…

— Пустота существует вне времени, как и Вечность, — напомнила Анни.