А от чего боишься лучше всего бежать.

Лично мне было тоже не по себе, когда все эти оборванцы-разбойники возвращались обратно по воздуху в золотистой сиянии священного Грааля, решившего и в этот раз в помощи не отказывать.

Но я была не на их месте. И потому вместо испуганных воплей просто сжала руку и как можно строже поинтересовалась:

- Тут идиот… э-э-э… мальчишка…э-э-э… рыцарь… короче, всадник галопом не проезжал?

Совместными усилиями ребята - помимо “простите, госпожа, мы ж не знали, что вы ведьма” - вспомнили: проезжал. Стрелы его не остановили, а догнать торопливого “рыцаря” разбойники не смогли. Да и вряд ли сильно пытались - пешие-то.

Зато они вполне внятно смогли озвучить: куда проезжал. А потом тот, с факелом, даже вызвался проводить. Правда после того, как я, вспомнив леди Адриану, холодно это потребовала - вместе с моей лошадью, которая уже неизвестно куда делась. Лошадь вернули, провожатый согласился помочь. Грааль к тому времени угас, пришлось надеяться только на собственный голос и уничижительный взгляд. Что-то из этого помогло, и ближайшие пару часов мы шли - он пешком, я верхом - вместе со сначала несчастным, а потом воспарявшим духом “робин-гудом”, рассуждая о том, что в той стороне (куда Эмиль поскакал) только одна деревенька лорда такого-то, и подати тот лорд дерёт с ума сойти какие, и налоги уже задрали, и когда же всеблагой Сальвадо соблаговолит обратить на это внимание!.. И так далее. После моих слов, что Сальвадо может обратить внимание не только на налоги, но и на разбойников, “робин-гуд” хохотнул и пошутил что-то, что на крестьянском наречии означало примерно “нас - легион” и “всех не переловит”. Его правда, к сожалению.

- Вы, ведьма, не серчайте, ага? - уже почти по-дружески хлопнув меня по ноге - и как-то долго ладонью на ней задержавшись - сказал напоследок “робин-гуд”. - Мы же правда не знали.

И - когнитивный диссонанс в действии - пожелал мне Божьего благословления в пути. Сумасшедший мир, всё-таки. Бог вместе с ведьмами, да ещё и благословляет…

Я приметила неподалёку приветливо горящий огнями трактир. Хорошо, может, там об Эмиле узнать удастся. Надо только заранее все брильянты снять и получше в плащ закутаться. И построже с хозяином разговаривать.

Я ж, типа, ведьма.

Да уж, Эдвард, когда узнает, будет до-о-олго смеяться.

***

Отсутствие денег Эмиль заметил, когда выехал на луг, увидел тускло мигающий огнями трактир и понял, что очень, очень, ну просто зверски голоден.

Зря он отдал мешок с едой этой дурочке. Она его, поди, уже выбросила - пока истерику закатывала. Да и вообще, может, умотала к супругу-королю, раз её магия заработала. Что ей стоит перенестись в столицу - только пожелай. В замке её, может, магия метаморфа держала, а сейчас - ничего. И ей-то хорошо, она-то точно уже накормлена, в тепле, может, дрыхнет, как обычно бесстыдно развалившись на кровати, шлюха.

А он мёрзнет на ветру, и живот сводит от голода.

Но в отличие от королевы он не изнеженная дворцовая потаскуха, так что…

Эмиль снова глянул на трактир. Вспомнил, как останавливался в похожем, когда ездил с отцом на охоту. Как его отцу отворяли ворота - без разговоров, везде. Как выносили лучшую еду и, Эмиль уверен, никогда не требовали денег.

Раз так, то почему к нему, сыну графа де Лири, должны относиться иначе?

Эмиль пришпорил коня.

В конце концов, он лорд. И, к тому же, как и все лорды, то, что ему хочется он может забрать силой. Как делали все лорды испокон веков с теми, кто слабее - крестьянами, а особенно с вилланами.

Так к чему церемониться. У него нет денег, зато есть положение, честь, титул.

Эмиль выпрямился, гордо вскинул голову, и, больше не сомневаясь, поехал на свет.