– Некоторые могут сказать и так, – вздохнул он. – Только Вильгельм не любит проигрывать ни в чем, даже тренировка превращается у него в состязание. А сейчас он явно проигрывает. – Брэнд одарил жену лукавым взглядом, дернул поводья и галопом поскакал вперед. – Небольшая дружеская схватка, Вильгельм?

Герцог мельком взглянул на него, продолжая отчитывать побежденного рыцаря. Данте улыбнулся брату, и оба понимающе кивнули.

– Скольких его людей ты победил?

Брэнд не сомневался, что их число должно быть значительным, раз Вильгельм отнесся к этому так серьезно. Данте забросил меч на плечо и торжествующе усмехнулся:

– Семерых.

Брэнд восхищенно приподнял бровь: победив семерых, Данте умудрился сохранить ровность дыхания. И улыбка у него проказливая, решила Бринна, когда одна из ее служанок крикнула что-то насчет Геркулеса и Диониса. Но вынуждена была согласиться, что лорд Ризанде-младший – очень красивый мужчина. К тому же солнечные лучи, отраженные кольчугой, и правда делали его похожим на небожителя, спустившегося с Олимпа.

– Это еще не конец, – заявил Вильгельм.

– Не знаю, по мне, все уже кончено, – скептически ответил Брэнд.

Герцог улыбнулся, он выглядел словно волк, готовый к прыжку.

– Твой брат должен сразиться еще с одним воином, чтобы назваться победителем.

Брэнд спрыгнул с коня, бросил поводья конюху, затем помог спешиться жене, подмигнул ей и повернулся к герцогу:

– И кто же этот воин? Ты, Вильгельм?

– Нет, он.

Герцог указал на лорда Ричарда, который выходил из ворот, надевая толстую кожаную рукавицу. Вассалы Зверлоха приветствовали его радостными криками, Бринна присоединилась к ним, послав отцу поцелуй, когда тот улыбнулся ей.

– Очень хорошо, – сказал Брэнд, пока герцог шел к турнирной площадке. – Но если Данте победит, ты должен поклониться нам всем и поцеловать мой зад.

– Ладно, – согласился Вильгельм. – А если победит Ричард, ты поклонишься своей жене и поцелуешь мой… – Он посмотрел на Бринну и подмигнул.

Брэнд отвернулся и встал рядом с ней. Плечи у него тряслись от смеха, он знал, что это разозлит Вильгельма. Так и случилось.

Герцог приказал всем отойти в сторону, чтобы освободить проход Ричарду, который направился к противнику. Его тяжелый меч сверкал на солнце.

– Ты думаешь, мой отец проиграет? – спросила Бринна, сжав руку мужа.

– Не знаю, дорогая. Хотя Данте сильный воин, мне по собственному опыту известно, как искусен в бою твой отец. Но кто бы ни вышел победителем, Данте заставит Вильгельма поежиться. И я хочу на это посмотреть. Да, кто такой Натан?

Вопрос был задан как бы между прочим и оказался для Бринны полной неожиданностью.

– Откуда ты знаешь о сэре Натане? – удивилась она. Посмеявшись над Вильгельмом, когда тот призвал всех к тишине, Брэнд снова повернулся к ней:

– Ты говорила, что разбила вазу тетушки Гертруды об его голову. Он думал, что ты не осмелишься возражать ему. Он из тех, кого обещал тебе отец?

– Боже упаси! – Она даже вздрогнула при этой мысли. – Сэр Натан – один из рыцарей моего дяди. Сварливый глупец, который грозил меня высечь.

– Ты сильно ушибла его?

– Да. Он получил серьезную рану над правым глазом.

– Вот и хорошо.

Заметив на лице мужа удовлетворение, Бринна улыбнулась. Почему он вдруг спросил про человека, о котором она упомянула неделю назад? Она снова улыбнулась, ведь он не спросил ее о Натане раньше. Она бы никогда ему не изменила, как сделала Колетт, но все же приятно, что муж начинает ее ревновать.