– Разумеется.

– При условии, что я так же удачно пересяду с поезда на поезд, как по дороге сюда. С большой вероятностью, что я смогу ответить вам в течение полумесяца, миссис Уолберн.

– Так скоро? – Она сама удивилась той искре волнения, которая в ней вспыхнула. – Надеюсь… надеюсь, что моя просьба не причинит вам много хлопот, профессор.

– Чудеса современного транспорта, милочка. И не тревожьтесь из-за такой пустяковой просьбы. Право, это самое меньшее, чем я могу отплатить вам за ваше гостеприимство. Боюсь, что ему не будет равных во многих заведениях, где мне придется останавливаться по дороге домой.

Профессор поднялся со стула и, тяжело ступая, вышел из кухни. Джульетта прижалась спиной к стене, внезапно ослабев при мысли о том, что она только что сделала.

Она не попросила профессора справиться относительно актера шекспировского театра по имени Джеффри д'Арбанвиль.

Ей хочется, чтобы слова Джеффри оказались правдой.

Прошло уже больше недели с тех пор, как капитан Чейни ушел с их переговоров с явно ошеломленным видом. Как всегда, рыцарская логика подействовала. Работы на строительстве его дома из дерна представлялись Джеффри справедливым эквивалентом, и мужчины города охотно с этим согласились. Теперь все мужское население Брода Уолберна – за исключением Джозайи Уил-кокса, который смотрел на него с гневом, граничащим с ненавистью, – работало и обучалось под строгим наблюдением Джеффри. И хотя рыцарь был по-учительски доволен результатами, но постоянная бдительность, которую ему приходилось соблюдать при постройке дернового дома, казалась ему труднообъяснимой.

– Можно подумать, – ворчал Джеффри, – строительство простой крепости стало делом забытым.

– Ну, я сомневаюсь, чтобы кто-нибудь видел хоть что-то похожее, – отозвался капитан Чейни.

– Не так уж это не похоже на другие дерновые строения.

– Я еще никогда не видывал круглого дерновника, окруженного рвом. Даже представить себе не могу, что скажет по этому поводу сын миссис Эббот из Военной службы инженеров-топографов.

– Возможно, вы как раз обнаружили одну из причин слабости обороны в вашей стране, раз лучшие войска вашего президента не могут построить такого надежного дома.

Джеффри с гордостью смотрел на свою небольшую, но солидную с виду крепость. Вся Англия была усеяна фундаментами от каменных строений такой же формы, относившихся к славным дням Вильгельма Завоевателя. Рыцарь и его группа потенциальных оруженосцев вырезали кирпичи из дерна с широкой полосы земли вокруг единственной чуть заметной возвышенности на его участке. Переговоры с капитаном Чейни оказались как нельзя кстати – благодаря Джеффри он заручился помощью взрослых мужчин для земляных работ. Пока они копали и выбрасывали землю из канавы, мальчики утрамбовывали лишнюю почву поверх возвышенности, создав небольшой холм, окруженный пустым рвом. Очень маленьким рвом, конечно, учитывая медленное течение ручья, которому придется его наполнять.

На вершине нового холма постепенно вырастал дом Джеффри – безликий, приземистый и непривлекательный, благодаря чему это скромное жилище имело вид травянистого средневекового замка (при условии, что он смотрел на него с определенной точки и при этом прищуривался). Дом ничем не напоминал его родовое поместье. Но хотя Джеффри часто мечтал получить владения отца, их вид никогда не дарил ему того удовлетворения, какое испытывало его жаждущее своей земли сердце при виде земляной лачуги – пусть даже она принадлежит ему на совсем короткий срок.

– Надо признать, – сказал капитан Чейни, – что без углов работать было легче.