Кто же стоит за всем этим? Вначале она предположила, что это Помрой, но теперь задумалась, не разбудила ли она слишком много спящих собак среди лондонских купцов. Они относятся к ней с подозрением, точно также, как и к королеве.

Как чужестранке, ей бы следовало вести себя осмотрительнее. Вместо этого она раздула пламя их негодования своими успехами в торговле. А потом использовала рычаг своего успеха, чтобы преследовать одного из них.

Помрой ли, купцы ли распространяют эти обвинения, она не станет сидеть сложа руки и ждать, что дальше предпримут ее враги против нее.

— Лиззи! — крикнула она служанку, чтобы та помогла ей переодеться.

Когда Лиззи не отозвалась, она отправилась ее искать. Не найдя никого внизу, пошла через заднюю дверь в кухню. Картер, грубоватый тип, которого мастер Вудли нанял сопровождать ее по городу, сидел на табурете и ел яблоко. Мастер Вудли, должно быть, нанял Картера за одни его размеры, ибо он был просто огромным.

— Где Лиззи? — спросила Линнет.

Картер отрезал дольку от яблока и съел ее с ножа.

— Остальные слуги ушли.

Должно быть, услышали слухи о колдовстве. Картер же, очевидно, был слишком толстокож, чтобы испугаться.

Сглотнув подступивший к горлу кислый привкус тошноты, она сказала:

— Мне надо, чтобы вы через час проводили меня в Вестминстер.

Картер кивнул, но не поднялся.

— Сделаем.

Линнет отправилась в свою комнату, чтобы одеться соответственно случаю. Пусть-ка попробуют бросить эти обвинения ей в лицо! Разрази их гром! Она была так зла, что ее первым порывом было надеть смелое кроваво-красное платье. Однако она заставила себя хорошенько подумать о впечатлении, которое хочет произвести.

Она прекрасно понимала, что ее внешность может быть как преимуществом, так и недостатком. Вместо красного она выбрала платье нежного, утонченного цвета голубиного яйца, отделанное замысловатой вышивкой. Кайма была более теплого оттенка кремового, прошитая серебристой нитью. Тонкая лента отделки шла по верхнему краю корсажа, а более широкая украшала линию завышенной талии, запястья и нижний край юбки.

Нелегко было облачиться в платье и подобранный к нему головной убор без помощи горничной, но когда она посмотрела на себя в зеркало, то осталась довольна. Облегающий лиф, подчеркиваемый отделкой, лишь немного приоткрывал грудь и оттенял белизну шеи. Когда она шла, отделка каймой по подолу привлекала внимание к движению юбки, и создавалось впечатление, будто она плывет по воздуху. Белокурые локоны, забранные в тонкую сеточку из серебристой нити, опущены по обе стороны лица. Но что самое важное, тяжелый серебряный крест покоился у нее на груди. Всем известно, что ведьмы не носят крестов. И на более длинной и тонкой серебряной цепочке висела подвеска Джейми, спрятанная между грудей под корсажем. Она дотронулась до нее и закрыла глаза, всем сердцем желая, чтобы Джейми был здесь.

Еще никогда в жизни не чувствовала она себя такой одинокой. Джейми бросил ее. Франсуа тоже уехал. Она не могла прибегнуть к помощи королевы, не подвергнув ее опасности. Собственное спасение зависит только от нее самой, как было всегда.

Надев накидку с отделкой из серебристо-серого меха, Линнет бросила последний взгляд в зеркало. Что ж, она готова.

Она не ангел, но похожа на ангела.

Глава 34

— Рад тебя видеть, — пробасил Джеффри, хлопнув Джейми по спине.

Джеффри был здоровым молодцом с бочкообразной грудью, которого по ошибке можно было принять за воина, если бы не тонзура да монашеское одеяние.

— Как мне тебя теперь называть? — спросил Джейми. — Брат Джеффри?

— Можно и так, — отозвался тот с широкой улыбкой.