Утром третий лейтенант Хейворд представил капитану список выловленных бунтовщиков.

1. Гардемарин Джордж Стюарт

2. Гардемарин Питер Хейвуд

3. Помощник боцмана Дркеймс Моррисон

4. Оружейный мастер Дркошуа Коулмен

5. Плотник Чарльз Норман

6. Плотник Томас Макинтош

7. Матрос Майкл Бирн

8. Матрос Генри Хиллбрант

9. Матрос Д^сон Самнер

10. Матрос Уильям Маспретт

11. Матрос Джон Миллуорд

12. Матрос Томас Эллисон

13. Матрос Ричард Скинер

14. Матрос Томас Беркетт

— Двоих — капрала Черчилля и матроса Томпсона — нет в живых, сэр, — добавил Хейворд — Остальные девять мятежников во главе со штурманом Флетчером восемнадцать месяцев назад ушли с острова на «Баунти» в неизвестном направлении.

Эдвардс опасался, как бы пойманные мятежники не склонили и команду «Пандоры» к бунту. Следовало изолировать узников и держать их под строгим надзором Капитан дал распоряжение плотникам сколотить на шканцах из толстых досок ящик три на пять метров, куда перевели четырнадцать арестованных моряков. Единственный вход в тесную клетку — небольшой люк в потолке, который открывался только снаружи. В стенах — два окошечка, забранных решётками. У ящика постоянно дежурили двое часовых под командой гардемарина. Разговаривать с арестантами запрещалось, исключение капитан сделал только для старшины корабельной полиции, который мог отвечать на вопросы, касающиеся рациона. Прочность кандалов проверяли при каждой смене караула. Под страхом расстрела узникам запрещалось разговаривать между собой на таитянском наречии.

Наступившая жара усиливала их мучения. Смрад от двух параш, которые не спешили опорожнять, назойливые мухи, теснота и духота делали страдания арестантов нечеловеческими. С лёгкой руки первого помощника Эдвардса, любителя древнегреческой мифологии, команда стала называть эту тюрьму «ящиком Пандоры».

Таитянские жёны арестованных были вне себя от горя. Каждый день с грудными детьми на руках они поднимались на фрегат и через решётку смотрели на своих мужей. Вечером их силой отрывали от клетки. Женщины рыдали и рвали на себе волосы. Стюарт, не выдержавший душераздирающих сцен, отказался от дальнейших свиданий.

Полтора месяца стояла «Пандора» в Матаваи, пока моряки конопатили корпус судна. Иногда, когда у капитана было хорошее настроение, он разрешал узникам поиграть со своими детьми в тюрьме. Закованные в кандалы матросы плакали, сознавая, что больше никогда не увидят своих отпрысков.

По просьбе Хитихити арестованных хорошо кормили; они даже получали ром. Друзья с острова передавали для них орехи, фрукты и овощи.

8 мая 1791 года под завывания жён и подруг узников, под прощальные крики побратимов «Пандора», плавно развернувшись, направилась в открытое море продолжить поиски мятежников. За фрегатом следовала оснащённая парусами шхуна «Резолюшн» под командой унтер–офицера Оливера. Юная жена Стюарта голосила громче всех, протягивая на руках вслед удалявшимся кораблям семимесячную девочку. Стюарт так никогда и не узнает, что его безутешная супруга через несколько недель умрёт от горя, целыми днями всматриваясь в пустынный горизонт, в отчаянии надеясь на чудо.

На «Пандоре» уплыл домой, на остров Бора–Бора, и полинезийский полководец Хитихити. Он не захотел больше служить Помаре, который так подло поступил с «дядями».

Прочитав ещё раз инструкции Адмиралтейства, Эдвардс начал поиски мятежного корабля. «Пандора» обошла западную часть архипелага Общества и архипелаг Дружбы, Эдвардс изредка высаживался на островах и расспрашивал местных жителей. Полинезийцы, не понимая, как маловероятно появление европейского корабля в их водах, и шестым чувством угадывая, какие ответы наиболее желательны для щедрых гостей, утвердительно кивали головами и указывали различные направления.