– Кое-кто подозревает вас.

– Адриан, – уныло сказала Кристина.

– Нет.

– Но он ведь меня не защищает?

– Он сказал, что не имеет значения, предали вы его или нет. У меня сложилось впечатление, что он думает, будто вы шепнули пару слов властям. Вы это сделали?

У Кристины упало сердце.

– Нет. – Только теперь она поняла, какие чувства вызывали у Адриана ее бесконечные придирки. – И не сделаю, – добавила она.

Повозка покачнулась влево, потом вправо. Кристина уцепилась за руку Сэма.

– Некоторые хотели оставить вас. – Он помолчал, давая Кристине время осознать эту мысль. – Адриан об этом и слышать не хотел. Он сказал что-то о том, что любовь дает привилегии. Вам это понятно? – Кристина покачала головой. – Адриан сказал это немного печально. И властно, словно для того, чтобы никто не оспаривал вашего права убить его, если вы решите это сделать. Мне это показалось безумием. Но он, похоже, думает, что в этом есть смысл.

– Он во многом видит смысл, который ускользает от меня. Когда все началось?

– Сегодня утром. В кафе, где Адриан обычно завтракал…

– Он не завтракает.

Сэм взглянул на нее. Кристина видела, что его отвращение к спорам борется с неодолимым желанием сказать правду.

– Он завтракал, пока мы каждое утро совещались. Мы встречались в кафе.

– Он не любит яйца.

– Да, – кивнул Сэм. – Немного сыра, хлеб. Иногда ветчина. Или фрукты. Владелица кафе приберегала то, что он любит.

– Мне следовало бы догадаться.

– О чем?

– О ней.

Сэм ничего не сказал, хотя Кристина чувствовала, что он едва сдерживается.

– Она друг и сегодня спасла его от облавы. Для нее это немалый риск. Ей это дорого обошлось.

– Я уверена, что она получила компенсацию.

– Это все ваша стряпня! – взорвался Сэм. Он дернул вожжи и прищелкнул языком, подгоняя лошадей. – Дело не в женщине. Адриан относился к ней с повышенной любезностью, и только. Вы готовите по-английски, а у него французский вкус.

– Так он каждое утро удовлетворял свой французский вкус с этой женщиной…

– Мадам, – возмутился Сэм, – Адриан всего лишь не хотел без нужды ранить ваши чувства. Он…

– …лжец и актер. Он превратил притворство в настоящую науку. Как выдумаете, почему он действует так успешно? Потому что может притвориться кем нужно, как хамелеон. Сэм, как долго вы его знаете?

– Наверное, лет двадцать.

– Достаточный срок, чтобы узнать его слабые стороны.

– А как долго вы его знаете? – Это был не вопрос, а обвинение.

Тяжело вздохнув, Кристина положила руку на живот.

– Достаточно долго. Перемирие, Сэм, хорошо? Я знаю его иначе, чем вы.

– Но это не мешало вам иметь с ним дело.

Кристина собралась было защищаться, но повозка снова подпрыгнула, и она замолчала. После паузы она спросила:

– И где же сейчас его сиятельство? И куда он нас направил?

– Его сиятельство, – выразительно подчеркнул Сэм, – отправляет кучу народа домой, в Англию. Мы с вами едем в тайное убежище в Нормандии, которое он держит для таких целей. Он подготовил к отъезду тридцать пять человек, включая тринадцать «кабрелей». И чтобы ничто не помешало их побегу, он один петляет по оживленным улицам Парижа, отвлекая на себя гвардейцев, жандармов и наемных агентов.

– Он… что?

– Адриан один.