Посреди ее гостиной теперь стоял и огромный резной письменный стол и масса чемоданов и коробок. Но удивительнее всего – в ее спальне был Адриан Хант. Когда Томас вошел с Кристиной на руках, граф обернулся. Его бриджи были расстегнуты, он заправлял за пояс свежую сорочку.

– В чем дело?

Никто не проронил ни слова. Казалось, никто не мог преодолеть замешательство. Кристина поежилась. В руках Томаса она чувствовала себя беспомощной.

– Отпусти меня! – раздраженно потребовала она. Томас столь же сердито подчинился. Травмированная нога тут же напомнила о себе. Граф подхватил ее и прижал к себе.

– Что с тобой, Томас? Подвинь хотя бы этот стул…

Руки Кристины вцепились в плечи Адриана. Она пыталась отвернуться. Томас раздраженно подвинул стул. Стул заскрежетал по полу. Плечи Адриана напряглись, рука сильнее обхватила талию Кристины. Она на мгновение уткнулась лицом в накрахмаленную, только что выглаженную рубашку. От рубашки исходил теплый мужской запах. Не такой, как у Томаса. Не такой, как у Ричарда. Почему? Его движения… фигура… даже его запах…

Отвернувшись, Адриан занялся пуговицами на бриджах. Казалось, он тоже немного смутился. В нем появилась неожиданная застенчивость, что сразу понравилось Кристине. Но застенчивость тут же пропала.

– Какие-то проблемы? – Адриан посмотрел на чемоданы, теперь стоявшие в углу. – Это ваши вещи? – взглянул он на Кристину.

Она не могла поднять на него глаза. Граф рассмеялся.

– Худшего начала не придумаешь, правда? – Он покачал головой. – Я ничего не мог понять, когда увидел чемоданы и прелестную ночную рубашку…

– Мне велели занять эти комнаты, – оправдывалась Кристина.

– Только не я. – Адриан все еще смеялся. Кристина помнила его смех на приеме в доме Бейсденов. – Хотя не стану возражать, если вы останетесь. Как вы понимаете, это мои апартаменты, и я не намерен освобождать их.

– Это не смешно, Адриан, – вмешался Томас.

– Действительно, – посмотрел на него граф.

Казалось, он снова расслабился. Как три года назад. Отвернувшись, Адриан стал выбирать часы, которые подали ему на подносе. Он выбрал одни, потом взял другие, третьи и разложил по карманам. Лакей продел цепочки сквозь петли жилета.

– Чапмен, – обратился он к слуге, – как только закончишь, пришли ко мне Лили. Мы найдем для миссис Пинн другую комнату. Потом я хочу поговорить с экономкой.

Граф просунул руки в рукава сюртука. Слуга взялся за щетки и принялся устранять малейшие намеки на несовершенство в облике графа Кьюичестера.

– Томас, кто-нибудь послал за доктором?

К удивлению Кристины, Томас быстро и гневно ответил по-французски.

Граф рассмеялся. Довольно приятный смех. Он сказал что-то в ответ. Прозвучало слово elle – она. Но Кристина не уловила главного.

Через минуту Томас, кажется, немного утихомирился.

– Я поищу доктора, – по-английски сказал он. Слуга вышел вслед за ним, наверное, пошел за Лили. Кристина осталась наедине с Адрианом Хантом. В его спальне.

– Вы можете пока побыть здесь, – обратился он к ней. – Понадобится несколько часов, чтобы приготовить другие апартаменты. Гости заняли все помещения. Меня здесь не будет. Я не возражаю, если вы приляжете на мою кровать. Вам помочь?

– Я в вашу постель не лягу, – резко сказала Кристина.

– До сих пор это вас не тревожило. Не вижу…

– Я не знала, – перебила она. – Я подожду в гостиной.

Адриан собрался возразить, но передумал и пожал плечами.