– Не поверишь, здесь стояла, – улыбнулся стронг. – Я бы с собой такую не потащил. Сейчас закончу, и будем кушать.

– И что ты там варишь?

– Да мы тут продуктов свежих набрали, – подал голос Шомпол, – даже яйца прихватили, а по дороге гуся подстрелили, деревня только что с перезагрузки, вот и пошарились немного по домам. Так что, можно назвать блюдо – яичница по-деревенски.

Ампер принюхался, пахло вкусно, рот моментально наполнился слюной. За время рейда он успел соскучиться по нормальной еде. Народ расселся за большим круглым столом, который оставили хозяева в брошенном отсыревшем доме, но сейчас он на какое-то время перестал быть заброшкой. Филин занял место справа от Погорелова, Рина слева. Она протянула руку, и он ободряюще пожал ее тонкие длинные пальцы.

– Все будет хорошо, – улыбнувшись, прошептал он ей. – Кстати, – он запустил руку в потайной карман и вытащил на свет белую жемчужину, ту самую, пятую, которую не стал убирать в коробку со взрывчаткой. – Ешь. Помнишь, что Вещий сказал? Как можно быстрее.

Все за столом замерли, не сводя глаз с вожделенного крупного белого шарика, но никакого напряжения, жадности или злобы Ампер не ощутил, просто любопытство. Не многие рейдеры видели такое.

Рина кивнула и, взяв шарик, закинула его себе в рот, словно конфету, затем вскрыла флягу с живцом, сделал два глотка, запивая. Прислушалась к себе и улыбнулась.

– Надо будет потом употребить горошину, – произнесла блондинка.

Ампер правильно понял, про какую горошину она говорит, Рина хотела получить очередное видение вероятного будущего. Насколько он помнил, у нее осталась последняя. Да, пожалуй, не стоит ее беречь.

– Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста, – явно цитируя кого-то, произнес Таган, ставя на стол казан, из которого вкусно пахло мясом, овощами и яйцами. Потом на столе появилась бутылка коньяка. – Давайте, выпьем за встречу, – разливая всем понемногу в пластиковые стаканы, предложил он.

– Нет, друг, – покачал головой Ампер, – мы выпьем за Мушкета. Выпьем за великолепного снайпера, который убил неназываемого.

– За Мушкета, – поднявшись, произнесли все собравшиеся за столом, высоко воздев пластиковые стаканы в последнем салюте.

Филин тоже поднял стакан, но у него был налит чай, мал он еще, пить крепкое.

Быстро расправились с едой. Таган знал толк в готовке. Мясо вышло нежным и острым. Откуда только специи надыбал?

Ампер вкратце рассказал про охоту на скреббера, про гибель Мушкета, и о засаде, которую им подготовил Носатый.

– Вот паскуда, – возмутился Таган, – а ведь считался вполне себе приличным рейдером.

– От белки рвет кукуху даже у самых стойких, – прокомментировал Сусанин. Проводник вообще был молчуном, говорил мало, и только по делу. – А Носатого я знаю, гнили в нем хватало. – Он вдруг неожиданно поднялся и посмотрел на собравшихся. – Прощайтесь, нам пора.

Все озадаченно уставились на него.

– С чего такая перемена? – настороженно поинтересовался Агент.

– Это Стикс, – спокойно ответил Сусанин, – тут все меняется. Я проводник потому, что чувствую пути, и если мы в течение часа мы не отправимся в путь, то мне проще вернуть задаток и исчезнуть.

– Понятно, – поднимаясь, произнес Ампер. – Агент, ты с нами?

– Нет, друг, – покачал головой бывший рекламщик, – это ваш путь, но ты мне весточку чиркни, как дойдешь.