|
Худощавая подтянутая фигура была фигурой бегуна. На тонком лице выделялись темно-карие, одного цвета с волосами, глаза. Искренняя улыбка заставляла разбегаться морщинки в уголках его глаз. Ей понравилась его манера наклонять вперед голову. Нив обратила на это внимание, когда он разговаривал с пожилым издателем. Затем кто-то вступил в разговор, он повернулся и ко второму собеседнику и не выглядел при этом неловко, что тоже ей понравилось.
«Выглядеть естественно — настоящее искусство, — думала Нив, — им владеют политики, а вот в среде бизнесменов это редкость». Она имела возможность наблюдать, не будучи замеченной. Что-то связано с именем Джека Кэмпбелла. Она уже встречалась с ним где-то. Но где? Прошел официант, предлагая вино, и Нив взяла себе еще один бокал. Это ее второй и последний, но, потягивая вино, она может делать вид, что занята. «Нив — не так ли?» Поворачиваясь, Нив увидела, что Джек Кэмпбелл подошел к ней. Он представился и напомнил: «Чикаго. Шесть лет назад. Вы возвращались с лыжной поездки, а я — из деловой. Мы с вами поговорили минут пять перед тем, как самолет приземлился. Вы тогда собирались открыть магазин, и были озабочены только этим. Как все прошло?» «Прекрасно». Нив с трудом могла припомнить. Она тогда спешила на транзитный рейс. Работа. Это стало самым главным. «Вы тогда начали работать на нового издателя, не так ли?» «Да». «Судя по всему, это был удачный шаг». «Джек, здесь несколько человек, с которыми ты должен встретиться». — Главный редактор «Вуменс» потеребила его за рукав. «Мне не хотелось бы задерживать вас, — быстро сказала Нив. — Только один вопрос. Насколько я поняла, Этель Ламбстон пишет для вас книгу. Может, вы подскажете, где я могу ее найти?» «У меня есть ее домашний телефон. Дать вам?» «Спасибо, у меня он тоже есть. — Она быстро подняла руку в отрицательном жесте. — Не буду вас больше задерживать». Нив повернулась и затерялась в толпе. Она почувствовала внезапно, что устала от шума голосов и что сегодня был слишком длинный день. Поглядев на людей, столпившихся, как обычно, перед Сент-Реджисом в ожидании такси, Нив направилась пешком вдоль Пятой Авеню. Был довольно приятный вечер. Может, она срежет себе путь, если пройдет через парк. Прогулка пешком освежит ее. Но у южного входа в Центральный парк прямо перед ней остановилось такси, только что освобожденное пассажиром. Нив замешкалась, потом открыла дверцу и села в машину. Идея пройтись еще милю на высоких каблуках внезапно перестала казаться ей привлекательной. Она, конечно, не могла видеть растерянного лица Денни, который терпеливо прождав у Сент-Реджиса, следовал за нею по Пятой Авеню и заметив, что Нив направилась к парку, уже был уверен, что удача у него в руках.
Список. «Надеюсь, она сгорит от жары, где бы ее ни носило». Вот-вот, теплая одежда. Соболя. Жакет. Накидка. «Барберри». Пальто. Дубленка. Все было на месте. Этель отдала свою статью в четверг, а в пятницу она уже исчезла. В эти дни было ужасно холодно и ветрено. В пятницу к тому же был сильный снегопад. Но все зимние вещи Этель висят в шкафу...
От его дома до пляжа был всего один квартал. Он лишь махал руками в ответ на кудахтанье жены: «Надень шарф, Никки, ты забыл уже, как сильно иногда дует с океана», и вышел на улицу. Соленый ветер ударил ему в ноздри, и он с благодарностью глубоко вдохнул. Никки рос в Бруклине, и когда он был маленьким, мама возила его на пляж в Рокавэй Бич. Спустя тридцать лет он купил дом в Бель Харбор, чтобы Мария и дети могли проводить там лето. После того, как его посадили, жена насовсем переселилась сюда. |
