– Ты ошибаешься на мой счет. – Я облизнула губы, медленно смерив Тимофея с головы до ног взглядом. – Я могу постоять за себя. И не такая уж я и хорошая.

– Вот как? – Его брови приподнялись.

– Точно, – заверила я, подмигнув.

Вряд ли он мне поверил, но я определенно чувствовала себя уютнее, будучи не зашуганной серой мышью, а уверенной в себе девушкой.

Когда мы вышли из машины, Тимофей взял меня за руку.

– Расслабься, здесь все свои. Со мной тебя никто не обидит.

Почему-то хотелось ему верить.

Мы вошли в огромный, громыхающий музыкой дом, и взгляды всех присутствующих как по команде обратились ко мне. Парни, девушки – их было не меньше трех десятков человек, и все они выглядели гораздо старше меня. Кто-то лежал на диване, другие танцевали с бокалами в руке, третьи расслабленно курили кальян, собравшись вокруг стола.

Золотая молодежь смотрела на меня: девушки хмурились, оценивая мои шмотки, парни с интересом разглядывали фигуру и переглядывались.

– Привет всем, это Даша. Прошу любить и жаловать. И руки не распускать. – Левицкий крепче обхватил мою ладонь и повел меня за собой. – Продолжаем веселиться, что встали, ну?

– Привет! – брякнула я.

Мне хотелось провалиться на месте.

Эти люди совершенно бесцеремонно прожигали во мне дыры и, не стесняясь, перешептывались, обсуждая меня.

– Перешел на школьниц? – отделившись от толпы, спросил темноволосый парень.

Левицкий отпустил мою руку, взял меня за талию и крепко притянул к себе.

– Завидуй молча, Кирюха. – Затем посмотрел на меня и широко улыбнулся: – Выпьешь чего-нибудь? Тебе нужно согреться.

– Угу, – кивнула я, ощущая в животе волнующую щекотку.

Слава богу, кто-то сделал музыку громче, и молодые люди продолжили веселье. Тимофей усадил меня на один из диванов, взял бутылку и налил какое-то спиртное в стакан. Его друг продолжал стоять рядом и недовольно коситься в мою сторону:

– Если ей еще нет восемнадцати…

– Кир! – смеясь, взмолился Левицкий.

– Сам знаешь! – Его товарищ нехотя удалился.

– Держи! – Тимофей протянул мне стакан, сел рядом и по-хозяйски закинул руку на мое плечо.

Он пристально смотрел, как я пью.

На удивление, очень быстро я успокоилась. После десяти глотков тело стало каким-то невесомым и чужим, настроение улучшилось, а сознание отбросило ненужные мысли о неудачном походе в «Дурку» далеко за пределы моих ощущений.

– Тебе хорошо? – спросил Левицкий, закуривая.

– Да, Тим, – ответила я и прильнула к нему всем телом.

Мне было хорошо. В этом облаке дыма, в этих сильных руках, в этой пьяной оторванности от реальности, когда сама себе не принадлежишь и улыбаешься, как дурная, просто от того, что жизнь вдруг стала намного проще. Мне было хо-ро-шо!

– Хочешь потанцевать? – шепнул Тим и провел пальцем от моего виска до подбородка.

Какой-то парень встал за вертушки, и все девчонки с визгом бросились в середину зала.

– Нет! – честно ответила я.

Левицкий затянулся, наклонился к моему лицу и начал медленно выдыхать дым. Я уже видела такое, пока наблюдала за парочкой, уединившейся на кресле: парень задувал сигаретный дым девушке в рот, а та втягивала его в себя, а потом выдыхала носом.

Глядя Тиму прямо в глаза, я послушно вытянула губы и приняла дым.