|
Слева и справа мелькал молот кавалера, оставляя после себя тучи мелких брызг, какие бывают, если встряхнуть мокрую рубаху. Только эти брызги были красные. Ярла протащило по груди коня, и прижало к его боку, прямо рядом с седлом. Но прижало не всего, у ярла оказалась свободна рука. Он тут же этим воспользовался — вонзил меч под шлем всадника. Вернее, попытался. Кавалер небрежно отмахнулся щитом, и видимо потому, что Хродвальд был слишком уж близко для молота, ударил ярла щитом. Хродвальд успел наклонить голову, принимая удар на шлем, но оказался не готов к силе удара. И второго. И третьего. В глазах потемнело, в ушах словно лопнула струна. Трудно сказать, сколько Хродвальд собирался с мыслями, но вдруг он понял, что лежит на земле, подобрав под себя ноги, и укрывая себя щитом. Ярл очень устал. И кажется, даже немного поспал. Но ведь это же не дело, спать в такое время. Хродвальд очень медленно, очень неуклюже стал подниматься. Он с ужасом понимал, что если рядом есть враги, то его убьют. А он все никак не мог собраться и вернуть себе привычную легкость и ловкость рук и ног. Наконец он утвердился на ногах, и немного проморгался от стеклистых червячков и разноцветных пятен в глазах, которые закрывали ему взгляд.
Врагов вокруг не было. Но и друзей тоже. Для начала надо было найти Торвальда, и спросить что делать теперь. Осмотревшись еще раз, ярл увидел большую группу людей, не меньше сорока, и весь перепачканный и изорванный флажок с вороном над ними. Хродвальд пошел к нему. Идти было тяжело, как случалось, если выпить слишком уж много крепкого эля. Ноги так и норовили подвести своего хозяина, и сбросить его на землю. Поэтому Хродвальд очень внимательно следил за ними, и даже не сразу понял, когда дошел. Люди перед ним расступились. Ярл подошел к флажку, и увидел что его держит Веслолицый. Рядом со старым лучником стоял Клепп, держа на руках Алкину, всю в крови, и почему-то полуголую. Они странно посмотрели на Хродвальда. Молодой ярл подошел ближе, и мазнув взглядом по собравшимся вокруг, спросил: — А где Нарви? — Мертв — сухо ответил Веслолицый. Но Хродвальд слишком хорошо его знал, чтобы не увидеть, как на его безразличном лице дернулся уголок глаза. — Это большое горе — сказал Хродвальд — И мы оплачем его! Но позже! Где Торвальд? Вместо ответа, Веслолицый и Клепп опустили взгляд вниз, на середину свободного круга, вокруг которого стояли воины. Хродвальд не сразу догадался проследить за их взглядом. — Он пытался сплотить людей — сказал кто-то из толпы. — Сначала они убили Ульфа Жабу — раздался другой, дрожащий голос. “Какого еще Ульфа?” подумал Хродвальд, и тут же вспомнил “Это тот что нес флаг”. — Я смог укрыть конунга щитом, и отстоять после первого натиска! — сказал хирдман с сильно изрубленым шлемом. Кольчужная бармица, закрывающая его лицо, была вся в крови и прорехах. — Всадник в желтых цветах, просто прошел мимо, как косарь на лугу, и Ульф Жаба упал мертвым, рассеченный как трава! — раздался тот же дрожащий голос, но теперь было похоже что его владелец готов разрыдаться. И действительно, неизвестно чем уж ударили Ульфа, но его рассекли от плеча, до соска. Вместе с кожаной броней. Такие раны трудно нанести. Должно быть кавалеру помогла высота его лошади. Хродвальд, внимательно осмотрел землю вокруг. Глаза и так вели себя как пьяные, а теперь вдруг еще и начали слезиться. Ярл просто не видел ничего дальше трех шагов. Тогда он пошел вперед, придерживаясь одной рукой за людей. — Ульф Жаба упал мертвым, и уронил флаг. Тут конунг сказал что надо поднять ворона. И так получилось, что он оказался у знамени один… — продолжил хирдман в изрубленном шлеме. — Это правильно — сказал ему Хродвальд. |
