— Ага! — радостно воскликнул Хродвальд, воздев меч.

— Харра! Харра! — раздались вокруг крики.

Хродвальд осмотрелся вокруг, и понял, что они победили. Те из людей Гудмунда, кто был еще жив, бежали прочь, а за ними гнался Клепп. Вот он догнал одного, сбил его с ног, и воткнул, уже в лежащего человека, шип своей дубины. И тут же бросился за вторым. Клепп был слишком туп, что бы бросить щит, как сделали все те кто убегал, но даже несмотря на это, бежал он хорошо. И довольно быстро догнал второго. Хродвальд посмотрел на бондов, что шли с Сигурдом, и стояли всю сечу в отдалении. Те спешно, но все же шагом, уходили прочь.

— Рад тебя видеть, Хродвальд, сын Снора! — раздался сзади женский голос. Хродвальд обернулся. Перед ним стояла Брунгильда Хервердоттир. Это именно она была в доспехах матери. Сейчас она сняла шлем, и её такие голубые глаза и заляпанные чужой кровью золотые косы, упали прямо в сердце Хродвальда, как сапфиры и золото в пустой сундук. И наполнили его. Хродвальд смущенно опустил взгляд.

— Привет — буркнул молодой ярл, и не находя места рукам, начал вытирать меч от мозгов и крови, об одежду убитого. Остро чувствуя, что нужно сказать что-то еще, но мучительно не понимая, что именно.

— Не хочешь выпить воды с дороги, или даже задержаться в нашем стадире на ночь? — с улыбкой спросила Брунгильда, лукаво склонив голову набок. Хродвальд покраснел. И послушав звенящую пустоту в голове, вместо обычных своих мыслей, наконец кивнул.

— Это очень хорошо! — всплеснула руками Брунгильда. Но, так как в руке у неё все еще был боевой топор с кровью на лезвии, то несколько капель попали Хродвальду на лицо. Брунгильда ойкнула, и облизнув палец, попыталась стереть капли с лица Хродвальда. Ярл некоторое время стоял, как испуганный козел, чувствуя что у него слабеют ноги, а потом запоздало отстранился.

— Я сам — прохрипел Хродвальд, боясь поднять глаза на красавицу.

— Я скажу слугам растопить баню! — хихикнула Брунгильда, и пошла к воротам стадира, легко перескакивая через трупы. Хродвальд смотрел сначала на неё, потом его взгляд опустился на спину девушки, а потом еще ниже. Ярл почувствовал в груди странное жжение. Словно уголек закинули ему прямо в грудь. Это было странно, страшно, больно и прекрасно. Хродвальд вдруг понял, что он улыбается. На душе было светло и хорошо. Как никогда раньше.

Глава 13. Смущение воина

Торвальд прикрыл ладонью лицо, и тяжело вздохнул. Они сидели в длинном доме его стадира, за столом, в пятером. Двое его надежных хирдманов, которых он послал присмотреть за Хродвальдом и Сигурдом, сам Хродвальд, и Эйольф из Осинового Склона. Судя по имени, Эйольф был не из рабов, и он слишком хорошо стоял в кругу, против хирдманов, на испытании. Но взял его в хирдманы Торвальд потому, что Сигурд Пятка был против. А теперь Сигурд мертв. И его брат. И все люди, что были с ними. И это не вполне укладывалось в голове Торвальда, и он снова устало спросил.

— А зачем вы убили так много людей? — Хродвальд молчал и улыбался чистой детской улыбкой. Его мысли витали далеко, и Торвальд даже не был уверен, слышит ли его брат. Ответил Эйольф.

— Мы убили не больше обычного. Троих убил Хродвальд.