— А потом разом, подряд, все кто не пойдет той дорогой, пропадать стали. Отец взял меч, пришел сосед наш, от с прибрежного стадира, еще двое охотников нашлось, и с пару работников с собой взяли, и пошли проверить. Ничего не нашли.

Хродвальд снова кивнул. Утбурд опасен не тем, что сильнее всех драугов, а тем что владеет гламуром. Укрываясь от взгляда людей вооруженных, и готовых к схватке, он копит силы. И становится очень силен к тому времени, когда присутствие его становится очевидным. Бродди снова отпил эля.

— Они еще раза два ходили, каждый раз, как снова кто-то шел по короткой дороге, и пропадал. Потом отец взял меч, надел кольчугу, и пошел один. И не вернулся.

Бродди кивнул на меч, который принес Вальдгард.

— Это его меч. Я не претендую, ты честно добыл его в бою ярл.

Хродвальд вытер усы и бороду рукавом, пряча злую усмешку. Еще бы ты претендовал.

— Ну, потом пару раз нанимали охочих людей. Кто ничего не нашел, кто пропал. А так, просто ходить той дорогой перестали, и привыкли.

Хродвальд кивнул. Да, наверняка вокруг логова утбурда лежало много драгоценного железа. Кольчуги, пусть и рваные, ножи, топоры. Наверняка все это добро сейчас в мешках его гребцов. Но это даже хорошо. Они все это наденут на себя, и станут сильнее. Надо только проследить, чтобы добро Эйольфа вернули в Торвальдстадир. Бродди тем временем продолжал:

— С последнего раза как туда людей отправляли… Года два уж прошло.

— Почему Торвальду не сказали? — спросил ярл.

— Так про что? Не нашли же ничего. Может разбойники. А может Торвальд решит, что это мы тут друг друга режем, и нас в подарок Одину, на копья, насадит. Ну а стадиры наши хирдманам своим раздаст! — зло ответил Бродди. Хродвальд ударил кулаком по столу, и рявкнул:

— А не ваше дело думать! Ну зачем конунгу заимки ваши, бараны вы лесные! — Про себя Хродвальд подумал, что он бы так и сделал. А вот Торвальд, должно быть, нет. Поэтому уже тише он добавил — И зря ты так про моего брата. Он человек достойный.

— Конечно, конечно — зачастил Бродди — я и говорю, надо было сразу…

— Так что ж стряслось, что вас проняло, и вы к конунгу послали? — перебил его Хродвальд. Бродди опустил взгляд.

— Так огр у нас завелся.

— Точно огр? — изумился Хродвальд, а потом недоверчиво рукой махнул — Да вы огров то никогда не видели!

— Мы то! — легко завелся Бродди. В медвежьем углу, глухом лесу, привыкший быть конунгом своего стадира, он не терпел снисходительного к себе отношения. Как и многие такие же гордые бонды. И очень любил прихвастнуть своими местечковыми свершениями.

— Да они к нам год через год с Зубов Хель спускаются! В позапрошлом году забрел один. Его Ульф Седло еще в долине увидел. Пришел прям сюда, рассказал, мы собрались, подобрались ночью. Они ж слепые ночью! И тут я такой…

— Да он мелкий, видать был? — недоверчиво спросил Хродвальд.

— Да, не очень крупный, врать не буду — Бродди раскраснелся, и плеснул себе еще эля. Кивнул на Клеппа — твой хирдман точно бы ему рукой до пасти достать смог — Бродди выпил, утерся рукавом, и добавил — Если подпрыгнет. Да что бы ты знал, ярл, из этого огра одежды нашили, как из десяти коров! Ульф Седло у себя в доме из его костей…

— Так почему же этого не убили? — обманчиво дружелибно спросил Хродвальд.