Хродвальд сидит с непроницаемым лицом. Атли не называет себя по имени. И нельзя сказать, что Хродвальд не говорил про “еще хоть один день”. Но ярлу все помнилось несколько иначе.

Тут Атли добирается в своем рассказе до бухты у южного берега, и сухо но емко описывает её. Скалы, проливы, глубины. Хродвальд снова повторяет про “еще один день”. Команда доедает последнюю снедь, ночует, и следующим днем идет дальше на юг. И на следующий день они видят южный берег. Атли снова вплетает в стихи все то, что они видели на берегу, и тут Хродвальд не смог бы сказать что он помнит по другому. Излучины реки, рыбачьи затоны, рощи деревьев и изгибы берега — даже если бы Хродвальд не был там сам, то послушав эту сагу, он бы смог добраться до устья большой реки.

Наконец Хродвальд и его люди высаживаются. И находят стадир без стен. Хродвальд не заметил когда, но ритм музыки изменился, стал тревожнее, резче.

Атли подробно описывает дома, и скудно грабеж. И совсем не говорит о добыче, говоря лишь что она была хороша.

Пора возвращаться, но Хродвальд, якобы говорит “возьмем еще один”, видимо имея в виду другой южный стадир.

Они берут и этот. “И еще один” говорит Хродвальд. В этом стадире они встречают драуга. Атли честно признает, что южный живой мертвец не так уж и страшен, но описывая схватку, упоминает его силу, и порванную кольчугу одного из воинов. Из рассказа кажется, будто первого драуга убил скальд, хотя прямо так и не сказано. Хродвальд хмыкает. Спокойный рассказ Атли течет дальше, он упоминает что южане богаты, что если их “хорошо спросить, помогая в разговоре ножом” они раскрывают клады. И что южане достаточно глупы, ведь думают что могут купить у людей севера свободу и милосердие для себя или детей. Трудно купить то, что нужно для себя. И тут ритм резко меняется, флейта отступает, затихает, но возвращается тревожными нотами. У берега людей Хродвальда ждет армия мертвецов. Эта часть саги Хродвальду понравилась. Но она могла быть и подлиннее.

После схватки вдруг выясняется, что северяне набрали слишком много добра, и оно не помещается на драккар. И тогда Хродвальд решает загрузить добром рыбацкий баркас. И еще один. И еще один.

Атли затихает, и с благодарностью отпивает из принесенного кубка. И снова начинает петь. Вот он добирается до битве на Черной Галере. Которая начинается с того, что к скальду является Брагги, и говорит что им пора уходить домой. Хродвальд услышав об этом от скальда. Хродвальд снова хмыкает. Как будто это не сам ярл говорил с богом. Но зато дальше именно сам Хродвальд решает напасть на преследователей. “Мне нужен корабль”, якобы говорит Хродвальд “Еще один”.

Битву Атли описывает красочно, но бессодержательно, лишь упоминая, что Кранк Деревянная Стена первым взошел на палубу врага. Это неудивительно, ведь Атли, как и все берсерки, плохо помнит битвы в которых выпускает из себя дира.

Рваный ритм барабана и сплетающиеся и расплетающиеся мелодии лиры и флейты делают эту битву красивой. И в ней почти нет слов о Хродвальде. Люди с севера победили, и взяли хорошую добычу. На этом сага кончается.

Хродвальд со злостью бьет себя кулаком по ноге. Обычно в битвах подробно описывают подвиги героев, и молодой ярл чувствует себя обманутым.

— Атли спел хорошую сагу — тихо шепчет Нарви — Жаль што она такая маленькая. Туда даше не влез его лушший друг, Кленг. Видимо, оказался слишком большим.

Тем временем люди в чертоге одобрительно заговорили, то и дела со смехом повторяя “И еще один”. Брагги кивнул, и поднял руку, подавая знак рабам. В зал внесли подарки для Атли. Меч с серебряной рукоятью, отрез красивой ткани и шлем. Это богатые дары. Хродвальд испытал скорее облегчение, чем радость. И тут на него налетели братья, хлопая по плечу, и поздравляя. За ними потянулись и другие люди, знакомые и незнакомые.