— Раз уж твой хирд занимается дровами, так, может, и бревна вы принесете? Думаю, со случайными охотниками вы справитесь, — с улыбкой обратился к Альрику торговец.

Как хитро он сказал! Если сейчас Беззащитный откажется или попросит пару хускарлов, его тут же поднимут на смех. Мол, тощих баб испугался? Костяных ножей?

Альрик кивнул. Оставил возле Волчары лишь Арне Кормчего, Вепря да раненого Стейна, остальным приказал снарядиться как для боя: плащи, щиты, мечи, топоры. У кого есть, тот и кольчугу натянул. Я лишь затянул покрепче наручи да закинул щит за спину.

— Что, боишься, деревья буйные попадутся? — насмешливо спросил один из вигговцев. Я так и не запомнил ни их лиц, ни имен.

Альрик ничего не ответил. Оглядел нас, дал подзатыльник Видарссону, и тот, покраснев, сбегал за забытым возле костра ножом.

Мы шли всего лишь за бревнами, но ощущение было тягостное. Этот непонятный остров не принимал нас. Я почти ощущал его недовольство мельтешением пришлых людей, которые сразу же полезли с топорами на его горы. Еще немного, и он разозлится всерьез. Засыплет нас пеплом, сожжет подземным огнем, зальет морской водой и заморозит ветрами. Я не боялся людей. Каков бы ни был человек, на какой бы руне он не находился, его можно убить. Какова бы ни была тварь, ее можно убить. А как сражаться с островом?

До леса мы добирались недолго. Там Ларс, наш резчик, внимательно осматривал деревья, стучал по ним и ставил зарубки на подходящих. А дальше брались за дело мы.

Я попросил прощения у своего топора за такое кощунство. Ну, не годится боевой топор для рубки деревьев. У него и лезвие тоньше, и бородка мешает, и ручка длинновата. Но мой был укреплен костями тварей, а значит, справится и с этим.

Топор вошел на треть. Вторым ударом я вырубил клин, обухом топора вышиб его из ствола. Обошёл кругом, одним ударом сделал глубокую зарубку с другой стороны, толкнул, и с треском и шелестом дерево повалилось на землю. Тулле, Сварт и Видарссон тут же принялись срубать ветки.

В роще стучали топоры, громко разносились окрики.

Я поправил щит на спине и шагнул к следующему отмеченному дереву.

— Чужие! — проорал Хвит не хуже Лейфа Рёва.

Я сдернул щит со спины. Тулле подхватил отложенный на время работы меч. Сварт с одним щитом стал рядом с Видарссоном, который потерянно озирался с топором в руках.

Со всех сторон доносились крики и звуки боя.

Куда? Где враги?

Стоило лишь подумать, как в щит вонзилась стрела. Вторая прошла выше, царапнув над ухом. Левую половину головы обожгло болью. И горячая влага потекла по шее.

— За мной! — крикнул я и рванул к лучникам.

В щит вонзились ещё три стрелы. Явно не костяные наконечники.

А вот и они!

Прямо передо мной трехрунный недомерок натягивал лук. Мой топор отхватил ему несколько пальцев и разрубил лук на части. Кровь брызнула на щит.

Из-за моей спины выметнулся Сварт, отбросил щит и вцепился в подранка. Краем глаза я увидел, как Тулле вспарывает брюхо ещё одному лучнику. Тут все было в порядке.

Меж деревьев заметил незнакомую фигуру и кинулся к ней.

Заорав, я взмахнул топором и с удовольствием ощутил, как тяжёлое лезвие разрубает плоть. Потянул обратно, но вместе с ним двинулся и мой противник — бородка топора застряла между костями его предплечья. Я дёрнул ещё раз, он заорал. Ещё раз!

Да что ж он никак не отцепится?

Что-то мелькнуло слева… Я наугад выставил щит и едва устоял на ногах. Шестая руна? Быстрый взгляд поверх щита. Точно! Снова безуспешно дёрнул топор, закрываясь от нового удара. Это, Бездну ему в глотку, погано. С одной стороны неумирающий репей, а с другой — хускарл с дубиной.

Помощь пришла, как всегда, от друга: Тулле молча набросился на хускарла. Я ещё раз дёрнул застрявшего на лезвии врага.