— У них отдельные хутора. Разбросаны по всему острову. И тут везде горы, расселины, ущелья, — залепетал Кьелл. — Сначала нужен форт. Потом я пойду к ним.

— Когда между тобой и ними будет побольше крови? — Альрик вдруг успокоился и заговорил иначе.

— Нет. Кровь вредит торговле.

— Может, ты хочешь забрать у них все силой? Я не возражаю. Они не под защитой Рагнвальда.

— Да что забирать-то? Костяные стрелы? Бронзовые молоты? Оленей? Торговать можно годами, а вырезать и разжиться лишь раз. Мне выгоднее торговать, — вполне разумно отвечал Ральфссон.

— Янтарь?

— Да, им они расплачиваются. Но его приносит на местные берега не так уж и много. Удобнее, когда они целый год собирают камни, а потом за бесценок отдают мне.

— Кьелл Ральфссон. Зачем ты взял мой хирд? Я тебе честно сказал, каковы мои воины и что я единственный хускарл.

— Ну… я подумал, что на острове живут почти одни карлы. Да и денег на более сильный хирд уже не хватало.

— Так ты что, с карлами троих потерял? — рассмеялся Вигге. — Может, твоим волчатам рановато выходить в море? Сидели бы на месте, сосали мамкину сиську.

В Бездну пальцы! Отрубить ему язык. И нос. И уши. И хрен заодно с яйцами. А потом швырнуть в огненный котел и смотреть, как он покрывается хрустящей корочкой.

И, видимо, Вигге увидел это в моих глазах, потому как наклонился в мою сторону и шепнул:

— Что, пацан? Настоящий бой не похож на глиму. Там и помереть можно.

Я и сам не понял, как нож оказался у меня в руках, как я схватил Вигге за бороду…

— Я свои руны не за коз получил. А вот девятирунных еще не резал.

Взмахнул ножом, посмотрел на кулак с зажатым пуком волос, отбросил их и добавил:

— Вру. Сегодня уже одного убил.

Огромная голова Вигге, похожая на морду диковинного зверя, без бороды вдруг сплющилась, будто ее зажали в тисках. Из пышных бакенбардов показался маленький подбородок, точно безволосый кружок под собачьим хвостом.

Хускарл сначала не понял, что произошло. Привык к послушанию своих шавок. А я с нескрываемым удовольствием наблюдал, как его уши и нос наливались краской. Да после такого и помереть не жаль. Убьет так убьет.

— Да ты… ты… ты… паршивый ублюдок!

Я скалился ему в обглоданное лицо и ждал удара.

— Стой! — проревел Лейф.

Меня отбросило от мощи его голоса. И тут же потекла кровь из открывшейся на голове раны.

— Заткнись! — выдавил Вигге и вытащил меч.

— Мы в одном походе! Ты не можешь его убить! — Лейф встал между нами.

— В Бездну! Тогда бой. Вызываю на бой!

— Он карл!

— Он сказал, что убил хускарла! — несмотря на показную ярость, Вигге явно соображал, что делал. Зря. Если бы не это, он мог бы меня убить.

— Да, но сам все еще карл. Подожди, пока он поднимется на руну, и потом вызывай, — Лейф говорил то, что Вигге и сам знал. — Да глянь на него! Его ударили по голове. Он же безумен. Альрик, уведи парня!

Мой хёвдинг даже не потрудился изобразить гнев. Он развернулся спиной к Вигге, махнул рукой и пошел к кораблю. Я следом. Тулле — за мной. Как всегда, он прикрывал мне спину. Как всегда, за моим плечом.

Когда мы отошли подальше, Альрик заговорил быстрым полушепотом:

— Сейчас берешь Тулле и Сварта и уходишь на восток. Рану тебе Вепрь залатает, и прям сразу. Вряд ли Вигге кинется тебя искать, но мало ли что? Вдруг у Кьелла тут есть сообщники?

Я помотал головой, пытаясь разогнать муть.