Быстрым шагом вигговцы двинулись вперед, прикрывшись щитами от первых стрел и копий. На крышах дома и сараев показались карлы с луками и принялись обстреливать наступающих.

Две стены щитов столкнулись с лязгом и криками. И сразу все смешалось в единую кучу. Месили мечи, взлетали молоты, потекла первая кровь. Из дома выбежали еще хускарлы. И лишь потом сказали выступать нам.

Мы напали сзади.

Я размахнулся и отправил копьё в короткий полёт. Оно с хрустом вонзилось в щит. Как он только успел оборотиться? Пятирунный карл на мгновение опустил внезапно потяжелевший щит, стрела с бронзовым наконечником вспорола ему шею, кровь брызнула в глаза его соседу. Тулле тут же вонзил ему меч в низ живота. Я напрыгнул на хускарла, который уже занёс бродекс над моим другом. Хускарл отмахнулся, и мы, глядя друг другу в глаза, ждали, кто начнет первым. Я широко замахнулся, но стоило противнику перехватить бродекс иначе, как я упал на колено и подрубил ногу. Рывком я поднялся и добил хускарла. Тулле уже не было рядом. Зацепив топором край щита ещё одного воина, я открыл его для пятирунного айсландера, тот с ходу вонзил копье ему в лицо.

Оглядевшись, я понял, что бой почти подошел к концу. Слишком большой перевес в численности. К тому же Вигге шел убивать пахарей и охотников, а не подготовленное войско айсландеров.

Лишь в одном месте еще шла схватка. Выживший в резне Вигге один сражался против Тулле и троих местных хускарлов.

Тулле с яростью достойной самого Фомрира рубил и колол, так что тусклого лезвия его меча не было видно, хускарлы-близнецы с двуручными молотами и еще один с булавой пытались достать пляшущего железный танец Вигге.

Если Торкель двигался как огромный паук, если Альрик в бою тек водой и плясал пламенем, то Вигге в битве был как голодная хуорка в воде. Он плавно и быстро перемещался так, чтобы всё время противостоять кому-то одному. Вигге отгонял круговыми взмахами Тулле и вооруженного булавой хускарла, от молотов уклонялся, а редкие стрелы презрительно принимал на кольчугу или щит.

В очередной раз сменив позицию, Вигге отгородился хускарлом с булавой, щитом оттолкнул одного молотобойца на другого и разрубил стоящего передо мной воина от правого плеча до левого бока. Пока разрубленный на две части хускарл падал, Вигге крутанулся, ударом наотмашь переломил меч Тулле и успел отгородиться от меня щитом.

Топор бессильно звякнул по умбону. Второй удар скользнул по кольчуге меж лопаток. Третий раз я ударить не успел — Вигге отскочил на пару шагов и срубил пару нерасторопных айсландеров. Я переглянулся с близнецами, и мы вновь бросились на последнего врага, чтобы зажать того в клещи.

Вигге снова сместился, оказавшись перед одним из молотобойцев, и воткнул ему меч в грудь. Тот, плеснув кровью из рта, схватился за вооруженную руку, не давая высвободить меч. Тулле попытался воткнуть обломок меча в лицо врага, я же, помня о прочности кольчуги, рубанул по ноге ниже колена. Звякнуло железо. Металлическая пластина, вшитая в обувь, сломалась, но остановила удар. Тулле свалился, сбитый с ног ударом щита. Удар коленом в лоб отшвырнул меня. Если бы не шлем, то и убить бы мог.

Вырвав меч, Вигге подскочил ко мне, целя в шею. Поднятый щит развалился надвое, а удар пришелся по шлему. Шея противно хрустнула, и я свалился, как подкошенный. Второго близнеца-хускарла Вигге, не глядя, ткнул в бедро. Наступив мне на грудь и дико скалясь, Вигге занёс меч и вдруг скорчился от боли: Тулле всадил ему обломок меча прямо в пах снизу вверх и провернул.

Вигге завизжал от боли и рухнул на землю, обильно орошая землю кровью. Тулле с трудом подобрал топор и только хотел сломать ему руку, как единственный выживший из близнецов, опираясь на подобранное копье, подскочил и из последних сил вогнал в лицо Вигге молот.