|
Она подняла взгляд и с минуту разглядывала обоих мужчин равнодушным взглядом, как приценивающийся торговец. Затем она встала с кресла, демонстрируя точеную фигурку, затянутую в мантию наподобие индийского сари, открыла дверь между скульптурами и жестом предложила им войти. Они вступили в большой зал с высоким потолком, где все четыре стены занимали книжные полки, размещенные в нишах, вырубленных в твердой скале. Вообще, вся эта комната представляла собой плод творчества безусловно талантливого скульптора. Огромный, в форме лошадиной подковы, письменный стол выплывал из скалы, составляя с ней единое целое; на его поверхности были разбросаны инженерные графики и документы. Перед столом располагались две длинные каменные скамьи, разделенные замысловато высеченным кофейным столиком. Если не считать книг и содержимого письменного стола, только одна вещь здесь была не из камня – деревянная масштабная модель горной выработки, украшающая боковую стену этой необычной комнаты.
В дальнем углу невероятно высокий мужчина листал какую-то книгу из числа тех, что стояли на полке. На нем был пурпурного цвета бурнус, а голову и часть лица закрывал белый литам. Из-под бурнуса, явно нарушая стиль, торчали ковбойские сапоги из змеиной кожи. Питт и Джордино дожидались несколько минут, прежде чем хозяин кабинета обернулся и быстрым взглядом отметил их присутствие. Тут же его глаза вновь перенеслись на страницы, словно его визитеры должны были развернуться и уйти. – Симпатичное у вас тут местечко, – начал Джордино, и голос его эхом запрыгал среди камней. – Должно быть, стоило вам кучу денег. – Можно было бы и окна прорезать, – заметил Питт, разглядывая книжные шкафы. – Тонированные стекла на солнечной стороне придали бы этой берлоге более праздничную атмосферу. О'Баннион осторожно засунул выбранную книгу обратно на полку и уставился на них с недоверчивым любопытством. – Для того чтобы выполнить ваше пожелание, пришлось бы пробить в скале туннель длиной сто двадцать метров. Овчинка выделки не стоит. У моих рабочих несколько другие задачи. – Вы имеете в виду рабов? – уточнил Питт. О'Баннион слегка приподнял плечи: – Рабы, рабочие, работяги, заключенные – для Тебеццы все едино. Он подошел к пленным. Питт еще никогда не стоял так близко рядом с человеком почти на два фута выше него. Ему пришлось высоко задрать голову, чтобы общаться с ним нормальным образом. – А мы, как я понимаю, последнее пополнение вашей армии бездельников? – Без сомнения, мистер Массард уже проинформировал вас, что работа в рудниках – менее болезненный вариант по сравнению с пытками в застенках генерала Казима. Можете считать, что вам повезло. – Полагаю, рассчитывать на освобождение, мистер?.. – Меня зовут Селиг О'Баннион. Я руковожу горными работами. Разумеется, об освобождении не может быть и речи. Уж если вы попали в эти ямы, вам отсюда не выбраться. – Даже на похороны? – спросил Джордино, не выказывая и тени страха. – Для погибших здесь у нас имеется подземный склеп, – ответил О'Баннион. – Ну, тогда вы такой же убийца, как и Казим, – разочарованно вздохнул Питт. – А может, и похуже. – Я читал о ваших подводных подвигах, мистер Питт, – сообщил О'Баннион, пропуская мимо ушей оскорбление Питта. – И меня забавляет, что к нам поступила еще одна партия людей, чей уровень интеллекта не уступает моему. Особенно мне были интересны ваши отчеты о подводных горных разработках. Надеюсь, вы не откажетесь как-нибудь отобедать со мной и поделиться воспоминаниями о ваших подводных инженерных работах. Выражение лица Питта стало ледяным. |
