Питт приветственно махнул Джордино, который забирался на соседнее с водителем сиденье в замыкающем транспортере, и устроился на своем месте, склонив голову под шестиствольным пулеметом «вулкан». Он натянул очки и дал глазам привыкнуть к внезапно вспыхнувшему великолепию, превратившему пустыню на двести метров вокруг в зеленую поверхность иной планеты. Он указал на северо-запад:

– Дорога к руднику начинается справа от нас через тридцать метров.

Левант кивнул, затем обернулся и проверил, все ли его люди уселись и готовы ехать, затем указал вперед и хлопнул Питта по плечу.

– Время пошло, мистер Питт. Пожалуйста, поехали.

Питт резко дал газ, перемещая рычаг пятискоростной коробки передач вездехода. Автомобиль прыгнул вперед, преследуемый тремя транспортерами. Тончайшие частицы песка взлетали и вырывались из-под колес, заставив транспортеры по ходу перестроиться в V-образную формацию, чтобы избежать слепящих песчаных туч. Вскоре машины и их пассажиры покрылись тонким слоем тончайшей коричнево-серой пыли.

– Как быстро он может ехать? – спросил Питт Леванта.

– По ровной поверхности дает двести десять километров в час.

– То есть сто тридцать миль, – быстро подсчитал Питт. – Неплохо, если учесть отсутствие аэродинамических качеств и тяжелое вооружение.

– Это ваши «Котики» из морской пехоты выступили с идеей использовать их во время войны с Ираком.

Питт подтолкнул Леванта локтем:

– Сообщите вашим водителям, что мы сейчас поворачиваем на тридцать градусов влево, затем все время прямо, и готовность через восемь километров.

Левант передал всем инструкции Питта, и мгновение спустя транспортеры повернули, сохраняя порядок движения и продолжая следовать за пескоходом.

Ориентирами на местности служили слабые отпечатки шин, ведущие от посадочной полосы к каньону, врезающемуся в плато. Питт полагался наполовину на память, наполовину на визуальное наблюдение. Сама по себе езда в тиши ночи по пустыне действовала на нервы даже и без колдовских очков ночного видения. Невозможно было ни понять, ни представить, что ждет тебя за следующим бугорком на дороге. Порой возникало чувство, что он вообще сбился с пути и вот-вот приведет весь конвой к отвесному обрыву в бездонную пропасть. Лишь виднеющиеся на дороге отпечатки шин успокаивали его, словно подтверждая, что он держится верного направления.

Питт украдкой бросил быстрый взгляд на Леванта. Полковник сидел расслабленный и невероятно спокойный. Если он и испытывал страх от безумной гонки Питта в кромешной темноте, то нисколько не показывал виду. Лишь однажды он проявил озабоченность, обернувшись посмотреть, следуют ли за ними три остальных транспортера.

Впереди замаячило плато, выступая огромной бесформенной массой на фоне звездного занавеса на западе. Четыре минуты спустя волна облегчения прокатилась по телу Питта. Он сделал правильную ставку. Вход в извилистый каньон рассекал черные стены плато, как загнанный в деревянную плаху колун. Он сбавил газ и остановился.

– От этого входа, ведущего к пещере, где хранится оборудование, километр ходу, – сказал он Леванту. – Не хотите послать разведывательную партию пешком?

Левант покачал головой:

– Поезжайте помедленнее, мистер Питт, если не возражаете. Мало шансов, что наше прибытие обнаружено, а на колесах мы сэкономим больше времени. Не так ли?

– Почему бы и нет? Ведь никто нас не ожидает. Если даже охранники О'Банниона и засекли наше появление, они подумают, что это всего лишь новая партия заключенных, направленная Казимом и Массардом.

Питт двинул вездеход вперед. Транспортеры сзади пошли колонной. Он сильнее нажимал на акселератор только тогда, когда чувствовал, как на песке теряется тяга.